1-9 марта
Окончив партитуру «Игрока», я принялся за окончание клавираусцуга и за просмотр и исправление партитуры Грогия. То и другое кончил пятого марта и, таким образом, окончательно свалил с плеч «Игрока». Дело за переписчиками, которых работает у меня тьма: одни отказываются, другие запаздывают, третьи обманывают; надо бегать, отыскивать новых, принимать старых - словом, целое министерство. И притом не знаешь: зря ли, не зря ли такая спешка, т.е. пойдёт «Игрок» весною или же лишь осенью? Второго марта я решил послать Асафьеву энергичную телеграмму: «Контракта нет, театр водит за нос, изумлён», с тем расчётом, чтобы Асафьев мог показать её кому следует, если найдёт это полезным. Пятого, в день окончания клавира, пришёл ответ, подписанный главным режиссёром Шкафером: «Вопрос «Игроком» решён, срочно выполняются формальности», что вновь породило волнения и впечатления, что «Игрок» идёт и что мы едем, хотя при более внимательном рассмотрении эта расплывчатая телеграмма ровно ничего не значит. Одновременно пришло и письмо от Тарумова о кавказских концертах, которые покрыли бы мне расход по пребыванию в СССР, не требуя от меня для себя особого напряжения.
Свободное копирование
