4 сентября
Утром «Игрок», а днём клавираусцуг и корректура Симфонии.
Вчера не купались из-за дождя, сегодня отправились все вместе. Я немного плавал, даже в обыкновенном костюме, не в тритоне. Даже Святослав лазил в воду: Пайчадзе так покорил его сердце, что даже сломил его страх перед водою.
Стравинский, по словам Пайчадзе, работает над сценической вещью. Вот вам и цена законам, которые изрекает Стравинский: то он всю жизнь писал сценические вещи, то «навсегда» отрёкся от них, заявив, что существует только чистая музыка, а теперь через «Эдипа» он вернулся на лоно сцены.
Вечером играли опять à l'aveugle. Пайчадзе играл хуже и опять проиграл.
5 сентября
Утром «Игрок», но как-то менее успешно, чувствовал себя утомлённым и начинала болеть голова. Днём ездили на côte sauvage, за Кубрский маяк. Опять наслаждались фантастическим пляжем и открытым океаном. Но купаться было трудно из-за волн: держались на берегу и нас окатывали ближайшие валы. Вода была тёплая. Вечером начала разбаливаться голова и я лёг в девять. Но я помнил недавно прочтённое изречение: нельзя себе представить Бога больным; человек же создан по образу его и подобию, и болезнь ему так же несвойственна, как и Богу. К десяти часам голове стало легче, я встал и уговорил Пайчадзе не уезжать завтра. Он решил остаться ещё на день.
Свободное копирование
