Следующий рабочий день я начал с института. Начал его с большой опаской: когда приходит беда – отворяй ворота. Работа предстояла очень опасная, с большим нарушением техники безопасности. Моей вины в создавшихся обстоятельствах совсем не было. Когда при помощи крана ДИП мы подняли на крышу два разобранных крана «Пионер», собрав их, мы сразу начали усиливать площадку противовесов. Подняли лежавшие внизу чьи-то бордюрные камни и, уложив на противовесные площадки, связали их катанкой и прикрепили к крану. Если кран тряхнёт, чтобы противовес не рассыпался. При всём этом мы взяли трос и прикрепили оба крана к плитам перекрытия противоположного склона крыши. Я сошёл с крыши, встал внизу в месте, чтобы крановщики, бригадир и помощник меня видели. Вокруг стояли рабочие оцепления, чтобы никто в зоне подъёма не оставался. Поднял один край панели на 30 см. Кран напрягся, но устоял. Поднял вторую сторону панели. Кран взял её без надрыва. Наверху бригадир осмотрел все крепления крана. Всё в порядке. Я скомандовал подъём. Панель пошла вверх. Края панели подымались неравномерно. Я останавливал подъём и выравнивал панель. Когда панель дошла до верха, я побежал наверх: нужно было завершать операцию очень осторожно, при затягивании панели происходит перезагрузка напряжений. Крановщики сработали чётко. Панель легла на крышу, заработали ломы, и панель легла на место. К вечеру все панели лежали на своих местах.
Оставив на крыше чужой кран ДИП, на следующий день слесаря разобрали и опустили краны, подготовив их для отправки. Я вернулся полностью на дом спустя неделю. Собрав все силы, приступил к окончанию работ по дому. Конечно, сразу было ясно, что при всех вариантах организации работ внутреннюю штукатурку вовремя выполнить не успеем. Нужна была минимум ещё одна бригада штукатуров. Я решил подсчитать на данный день потребность человеко-дней на остаток работы. Сдал заявку на материалы фасадных отделочных работ. Что касается подготовки столярки под окраску, то столяра со своей работой справлялись. Я за время работы сумел собрать электроинструмент, циркулярную пилу, дрель, шуруповёрт, рубанки. Работа делалась быстро и качественно. Брать со стороны штукатуров я не мог, никакого фонда заработной платы не хватит. Нужно механизировать труд. У нас уже опыт был: соплование стен, затирка стен. Нужно увеличивать производительность механизмов. Нужен набор металлической сетки для просева песка, раствора. Не будет засоряться сопло – увеличится производительность. Затирочные машины требовали смены затирочных пластин из твёрдого пенопласта.
Мы рылись на свалках, выпрашивали у людей, которые имели эти материалы. Чтобы выписать что-то на складе – об этом и речи быть не могло. Мы дошли до выполнения норм выработки 250%. Большего сделать я был не в силах, нужны были специалисты, которые бы могли работать, как мы. Таких в городе не было. Механическую штукатурку в городе не производил никто. Нужно было готовить кадры, но мне время на это не давали. Начались фасадные работы. Мне принесли паспорт на фасад. Он должен был быть голубой. Потребовался центнер ультрамарина Я сдал заказ. Начальник снабжения Панасевич привёз мне все материалы для фасада. Вместо ультрамарина мне привезли какой-то суррогат Мы сделали пробу. Нужный цвет получился. С фасадом, казалось, вопрос был решён. Однако через два дня голубизна пропала, как будто пробы мы не делали. При повторном нанесении пробы с увеличением колера через пару дней произошло то же: голубизна ушла. От меня пошла повторная заявка на ультрамарин. Прошла неделя, снабженцы молчали. На объект приехал Бекиров. Я показал ему завезенную мне краску.
- Возьмите эту краску, отправьте Толпину в отделочное СМУ, чтобы он пропустил её на мельнице, и не морочьте мне голову, бездельники! – сказал управляющий трестом и уехал.
Приехал экспедитор и забрал краску на домол.
Случилось то, чего нужно было ожидать. В управлении завалился дом, искали виновника. Начинали его делать, когда главным инженером был Аркадий Зайдман. С него начали поиски. Я встретился с Аркадием. Он попросил меня помочь Тосе, его мастеру, на доме в организации работ. Сам он участвовал в исследовании причины аварии. Я обещал ему присмотреть за домом. Тося оказалась очень исполнительной работницей. К вечеру ежедневно я составлял заявки, она их отоваривала, и работа шла. Нужно было начинать внутренние штукатурные работы, чтобы к наступлению холодов их закончить. Пришли электрики из Курортстроя, где у Зайдмана начальником управления спецработ был его деверь. Я дал им помещение под материалы и заготовки. С начальником я был знаком по работе на надстройке, где получил квартиру Зайдман. Мы обсудили план работ с учётом того, что вот-вот вернётся и приступит к работе Аркадий, но дело затягивалось. Следователям надоело заниматься этим делом, не дающим дивидендов, и они решили списать убытки на Зайдмана. Но они были слабы в строительстве и на все вопросы получали не удовлетворяющие их ответы от разных организаций, производящих экспертизу.
После того, как Аркадия освободили от должности главного инженера, какое-то время главным был начальник ПТО, приличный человек, хороший работник. Когда его начали вызывать следователи, он не выдержал и при очередном сердечном приступе умер. Дело закончилось тем, что покойного обвинили во всех грехах и дело закрыли. Спустя некоторое время я встретил бригадира, который строил этот дом. Он мне сказал, что по указанию мастера установил некачественную блок-перемычку. По причине отсутствия этой марки перемычки простаивала смена. Мастер велел бригадиру замазать цементом трещину в перемычке и использовать её. В роковое время приняв все нагрузки, перемычка не выдержала, лопнула и потащила за собой панель перекрытия, которая, падая, разбила две панели, и дальше разрушился весь дом. Мастер догадался о причине катастрофы и при первой же возможности уволился.
Свободное копирование
