Однако жизнь продолжалась. Мы с Мазуриным успешно сдали в эксплуатацию поликлинику на 15 станции и приступили к строительству жилого дома на Средне-Фонтанской улице для работников завода им. Январского восстания. Это строительство велось по прямому договору с заводом. Для производства монтажных строительных работ завод выделил нам пневмоколёсные краны. Эти краны были изготовлены сверх плана и должны были быть переданы строительному комбинату после постройки дома. Городской архитектор, наверное, небезвозмездно, пошёл навстречу директору завода и посадил дом на место, оставленное под зелёные насаждения и детскую площадку. Поднялась страшная буза. Каждый шаг на стройплощадке сопровождался проклятием в мой адрес, а иногда и угрозами, что мне это просто не пройдёт. Я велел Мазурину делать своё дело и всех охотников высказать своё мнение посылать ко мне.
Через несколько дней после начала работ на объект приехала машина «Волга», и из неё вылез мордатый майор милиции. Я стоял среди рабочих и разговаривал с ними. Валерий с бригадиром наносил линию ныне действующей канализации, которую нужно было перенести в новое направление, траншею для которой мы уже частично вырыли. Майор обратился к Валере, но тот пальцем указал на меня и продолжал своё дело. Майор подошёл ко мне и представился начальником районного отделения милиции.
- Вам запретили здесь работать, почему Вы самоуправничаете? – спросил он.
- Наоборот, товарищ майор, нам приказали здесь работать, а самоуправничает тот, кто запрещает, – хладнокровно, без усиления в голосе сказал я.
- Так вот, дайте указание прекратить работы и садитесь в машину! – приказал майор.
- В машину я сяду. Работу не прекращу. Я покажу Вам документ, по которому начал работу, если Вы сумеете в нём разобраться. Вас же попрошу показать документ, приказывающий мне приостановить работу. Если его у Вас нет, то я сяду в машину только из уважения к органам, которые Вы представляете.
- Вы сильно много разговариваете, смотрите, не угодите на пару суток к нам для профилактики! – озлобился майор.
Я махнул рукой, мол, «что с тобой говорить!» и пошёл к машине. Валера в разговор не вмешивался.
Мы подъехали к райкому партии и зашли в здание. Майор предложил мне посидеть в приёмной секретаря, а сам зашел в кабинет секретаря. Через минут десять вышел и буркнул:
- Посидите, секретарь освободится, и Вас вызовут, – и сам ушёл.
Я посидел пол часа, подошёл к секретарше и сказал:
- Если секретарь пожелает со мной побеседовать, он знает, где меня найти, – и ушел.
Свободное копирование
