Так мы вошли в зиму и в полярную ночь. Теперь можно было работать круглые сутки, днём и ночью условия работы были одинаковые — было темно. Мы, прорабы, предпочитали работать во вторую смену. Ночью не прибывали никакие грузы, и не нужно было отвлекаться ни на какие разгрузки. Стены подвала второй половины здания, которые мы монтировали башенным краном, росли, как грибы в тёплую дождливую погоду. В первой половине не менее интенсивно росли стены первого этажа из блоков, нами изготовленных ранее. Здание строилось технологически правильно, и казалось, что начальство потеряло к нему интерес. Только Овчинников, следуя на свою работу, по-прежнему останавливался на дороге неподалёку от стройплощадки, проходя мимо по утрам.
Начала на объект поступать керамическая облицовочная плитка фасада. Машины с двумя малыми железнодорожными контейнерами приходили одна за другой. Мы разгружали контейнеры и сразу отгружали пустые. Эта операция много времени не занимала. Однако это только первый период приёма груза. Затем пошла плитка, загруженная в дождливую погоду, и здесь началась проблема: плитка смёрзлась. Зная, чем это может закончиться, я подал рапорт и потребовал назначить комиссию. Рапорт подал начальнику участка, как было положено по уставу. Не знаю, то ли Кунцевич не успел передать рапорт, то ли Алексееву кто-то доложил раньше, но он на своём «Москвиче» буквально ворвался на объект. Не ожидая моего рапорта, он направился точно к тому месту, где я складывал битую плитку.
- Это что за вредительство! — заорал он, когда я к нему приближался, чтобы отдать рапорт. — Ты что думаешь, я долго это буду терпеть? Заплатишь за каждую битую плитку, это вредительство!
- Товарищ подполковник, у Вас находится мой рапорт, в котором я доложил Вам, что плитка приходит примёрзлая к контейнерам и друг к другу. Я принял все доступные мне меры к разгрузке. Да, есть бой, но если бы я прекратил разгрузку, у Вас бы на столе сейчас лежали акты простоев машин и задержки контейнеров. Вы бы эти убытки покрыли бы моей зарплатой, а я тоже хочу есть, и у меня, как и у Вас, есть семья. В рапорте я прошу вызвать эксперта, зафиксировать факт и поручить главному инженеру разработать мероприятия по разгрузке мёрзлой плитки, выдать мне материалы для выполнения этих мероприятий.
Я старался говорить спокойно, хотя начальник несколько раз пытался меня остановить. Когда я замолчал, он как будто опомнился и быстро, как бы захватывая инициативу, заговорил: - Ты всегда оправдание найдёшь... Ладно, продолжай выгрузку, только меньше бейте плиток.
Он удалился, и я остался с проблемой, как и до прихода начальника, один на один. - Товарищ лейтенант, а что если мы в контейнер поставим простой обогреватель? Может, плитка отогреется? — обратился ко мне электрик, который стоял за контейнером и слышал весь разговор. — Мне нужен только нихром диаметром от 0,8 до 1,2 мм. На пробу полкилограмма хватит. Асбоцементную трубу я найду. Может, что-нибудь и получится.
Я за эту идею ухватился, как утопающий за соломинку. Когда электрокозлы были готовы, мы в них здорово разочаровались: тепло уходило кверху, а плитка лежала на полу контейнера. Эффект был очень мал. Но — лиха беда начало... Начальник стройрайона вызвал эксперта, за задержку контейнеров с нас штраф не брали, однако мысль об увеличении эффективности оттаивания плитки меня не покидала ни днём, ни ночью.
Свободное копирование
