Трудно рассказать о первом дне моей работы на новом месте. Разве не об этом я мечтал, будучи ещё солдатом, разве не завидовал я моим руководителям лейтенантам Фузеину, Катунину, Саше Зархи, которым я помогал в работе, не имея права принимать самостоятельно никаких решений!
Я пришел на объект, когда там никого ещё не было. Прошел по подъездным путям. Они мне не понравились. Самосвал здесь мог развернуться, а панелевоз на таком малом радиусе поворота никак не мог развернуться. Я начал вспоминать, что нужно сделать с самого начала. Нужно принять по акту репер, нужно проверить отметку первого бетонного блока подушки фундаментов. Шанцевый инструмент должен быть на объекте, а не в нескольких кварталах от него.
Пришёл Битенбиндер. На вопрос «Где чертежи?» он ответил:
- Чертежи фундаментов находятся у бригадира Вити Зайцева. Остальные чертежи — в конторе стройрайона.
- А где хранятся лопаты, ломы, кирки? Где хранится нивелир, рейка? — спросил я.
- Нивелир и рейка находятся в конторе роты батальона.
Начали подходить стройбатовцы. Шли они без строя, но отделениями. Они собрались, сложили инструмент и все, как по команде, закурили. Я в процесс расстановки не вмешивался — ждал, что будет дальше. Битенбиндер и командиры отделений пошли в котлован. Он им объяснил, что надо делать, когда придет автокран.
Подошёл ко мне бригадир-инструктор. Мы познакомились. Витя Зайцев был из Подмосковья. Учился ремеслу и работал в Москве. После рождения второго ребёнка они с женой решили переехать в Заполярье, где с ними заключили договор. Жена его работала в отделочном управлении штукатуром-маляром. Жили они тихо-мирно. Встречались только дома. Друг друга на работе не навещали. Витя был на года четыре моложе меня. Средний рост, стройный, не богатырского телосложения, но крепыш с лёгкой походкой. С первой беседы у меня сложилось хорошее впечатление от бригадира. И, как выяснилось впоследствии, я не ошибся. Мне понравилось его малословие, умные задумчивые глаза с небольшим прищуром. Витя мне представил своего помощника, каменщика-инструктора Лёшу Тихомирова. Он был из Вологды. Так же, как Витя, он приехал сюда с женой. Она работала учительницей начальных классов. Лёша был ростом ниже Вити, немного сутуловат, но типичный вологодский крепыш-лесоруб. Однако судьба определила ему участь каменщика.
Когда вернулся Битенбиндер с командирами отделений из котлована, я предложил им построить личный состав и представить меня. С завтрашнего дня я полностью принимаю объект. Через десять минут церемония знакомства была окончена. В начале десятого пришёл полуторатонный кран, и его стали устанавливать на место монтажа блоков фундаментов. Кран, смонтированный на базе автомобиля ЗИС-5, был очень тяжёлым и по песку передвигаться не хотел, колёса то и дело зарывались в песок. Весь личный состав рубил ветки кустарников и подкладывал под колёса машины. Эффект от этого был очень мал. К 11 часам приехал начальник участка капитан Нутельс.
- Здравствуй, лейтенант, — приветствовал он меня, — я знал о твоём выходе на работу, но прийти не сумел, у меня не в порядке дела на аэродроме.
Капитан Нутельс был типичным представителем своей нации: маленький, немного рыжеватый, с большим горбатым носом, маленькими глазками неопределённо желто-зелёного цвета, с большим открытым лбом. Разговаривал с присущем нации акцентом, но не картавил...
- Я хотел тебя встретить и представить, — продолжал он, — но не получилось.
- Не стоит волноваться, — прервал его я, — одесситы не нуждаются в представлении, они представляются сами. Вот поговорить мне бы с Вами хотелось, да ещё разобраться с чертежами. Но здесь негде, да и чертежей нет. Может, сегодня Вы назначите место и время встречи?
- Это можно и нужно, — согласился капитан, — давай в 15 часов в конторе — Принято, в 15 буду в конторе.
Нутельс повернулся и ушёл так же быстро, как и появился. Я подошёл к бригадиру Зайцеву, который стоял в стороне и участия в перетаскивании крана не принимал.
- Как думаешь, бригадир, это нормально? — я кивком указал на возню около крана.
- Я уже обращал внимание прораба, что мы так далеко не уедем, — не обдумывая ответ, сказал Виктор, — я предлагал завезти щебень или окол и отсыпать полосу вокруг котлована и одну полосу к выходу на дорогу. -Ну и что? Какой результат? — занудливо продолжал я допрос.
- Результат налицо, — он указал рукой на кран, — говорят, что дорого. Экономят на гандонах, а проигрывают на абортах, — зло добавил он.
- Тем более, что впоследствии этот щебень можно собрать и пустить на строительство постоянных дорог, — продолжил я его мысль.
Виктору это понравилось. Глаза его засветились. Он понял, что я — его единомышленник.
- Я с Вами согласен, товарищ лейтенант, однако думаю, что вряд ли Вы что-нибудь пробьёте. Алексеева не так легко убедить, — предупредил меня Виктор.
Наконец кран установили, однако нужный блок оказался не в зоне монтажа. Начали соединять стропы, чтобы подтянуть блок к крану поближе к зоне монтажа. Кран грузоподъёмностью полторы тонны, а блок весит одну тонну. Когда блок начали тащить, он зарылся в песок и кран стал переворачиваться. Пришлось кран снимать с аутригеров и переставить кран для перекладки блока. Всё началось сначала. - Витя, ты разрешишь себя так называть? Так удобнее, — спросил я.
- Ради Бога, если это поможет сдвинуть дело с мёртвой точки, — улыбаясь, сказал Виктор.
- Так дай мне план монтажа фундаментных блоков.
Виктор подал мне мятый, потёртый лист, выдранный из альбома. Во многих местах листа уже были вытерты маркировки блоков.
— Сейчас привезут новую партию блоков. Наметь колышками места, где какие блоки разгружать. Блоки кладите в три яруса, нам будет удобнее маневрировать краном. Я сейчас пойду в управление, поработаю с чертежами и со стройгенпланом. В 15 часов у меня встреча с Нутельсом и, наверное, с Алексеевым, если он меня примет...
В производственном отделе я взял чертежи, которые должны были быть на объекте. На стене ПТО висел стройгенплан всего квартала, который строился в первую очередь. Я эту местность знал. На площади, где начинался строиться жилой массив, был учебный полигон нашей офицерской школы. На стройгенплане были нанесены все временные дороги и подъездные пути, а также все временные бытовые сооружения, склады. На всём этом в нашем управлении хотели экономить, а при этом фактически терялись большие деньги.
Свободное копирование
