Когда он вышел, мы с Грачёвым составили шифровку, оба подписали её и пошли в посёлок Канин Нос для отправки шифровки в Ваенгу.
Мы шли по северо-западному берегу полуострова. Собственно, это был не берег, а дорога на возвышенности вдоль берега. Со времени существования полуострова здесь это дорога была проложена нашими шоферами впервые. Здесь кончалась равнинная мшистая тундра, а справа от нас в сушу врезались глубокие расщелины в граните скал, которые нависли над водой. Погода была отличной. Ветер, который ещё неделю назад вздымал валы волн и штормил море, утих. Солнце повисло над нами и круглые сутки кружило над землёй, любуясь созданой им красотой. За неделю береговые сугробы снега полностью исчезли, полностью исчезла шуга. Высоко над нами летали шумливые пигалицы, отвлекая нас от их гнёзд. Иногда они стрелой летели к земле, усмотрев там добычу, малых зверят, песцов, зайчат, мышек-пеструшек, вышедших по неосторожности из укрытий или гнездовий. Буйная растительность буквально на глазах покрывала землю, освободившуюся от снега, цветами всевозможных расцветок. В море лениво бороздили маленькие сейнеры, промышляя тресочку и полярную акулу. Впереди нас появился световой маяк.
В прошлом году мы реставрировали на нём окраску и заменили пневматический ревун на электрический, более мощный. В полярный день этот маяк отдыхал, но начеку был всегда ревун, т.к. иногда с моря на сушу надвигались такие туманы, что не видно было ладони на вытянутой руке. Я объяснил Грачёву, что в такие погоды можно идти только в направлении посёлка, а из посёлка на стройку идти ни в коем случае нельзя, можно сбиться с дороги и заблудиться, а ещё хуже – погибнуть в какой-то расщелине. А вообще лучше в такую погоду сидеть дома.
Так в поучительных разговорах мы подошли к посёлку, передали шифровки. Я познакомил Грачёва с офицерами хозяйств, и мы направились в своё расположение дорогой, проходящей мимо юго-восточной антенны.
Свободное копирование
