Записки рыболова-любителя - 276в

Ленинград, 4 июля 1980 г.

4.

Передохнём немного - снова обобщим.

Итак:

1. Всякий наблюдаемый и познаваемый процесс имеет логическое обоснование: ничто не происходит "просто так", а всё "потому-то и потому-то". Это обоснование процесса всемирного бытия названо нами Началом и определилось как Абсолют, т.е. нечто вечное, само уже ни от чего не зависимое. Попутно мы выяснили, что этот вечный Абсолют в различных мировоззрениях называется, естественно, по-разному (Начало, Бог, материя и т.д.).

2. Всякий наблюдаемый и познаваемый (разумный в смысле "осмысляемый") процесс происходит не только "потому-то и потому-то", но и "для того-то и того-то". Разделение это чисто логическое, в опыте мы видим всё слитно. Камень падает "для того", чтобы упасть на Землю: в этом движении осуществляет себя (воплощается) идея гравитационного взаимодействия. Птица вьёт гнездо "для" того, чтобы высиживать яйца: в этом процессе воплощается идея сохранения вида. Люди укладывают камни для того, чтобы выстроить башню: в этом процессе воплощается идея постройки.

Мы не наблюдаем и не познаём ничего, что не было бы пронизано некоей идеей. Более того, именно идея является условием всякого познания. Безыдейное - бессмысленно и непознаваемо. Идея лежит в основе всякого процесса, хотя и не отделима от него в вещественном космосе. Т.о. идеей определяется начало и конец всякого процесса.

Процесс мирового бытия определяется некой идеей (Началом), которую мы ещё назвали Логосом, т.е. Смыслом мира. Без этого Смысла космос был бы именно не космосом, а непознаваемым и ненаблюдаемым хаосом.

И как в падении камня осуществляется идея гравитационного притяжения, в строительстве башни идея (замысел) этой постройки, так и в космосе осуществляется его идея, его Логос, его Начало, его Основание, его Материя, его Альфа и Омега.

Мы видим, что идея вечна: она не изменяется в ходе определяемого ею процесса. Камень начинает падать под воздействием закона гравитации, тот же закон определяет любой момент его падения и конец этого падения, прочие аналогии обнаруживают то же самое.

Естественно, что весь ход строительства башни определяется идеей строительства башни. Ничто в ходе строительства не чуждо этой идее (если не считать чуждо-посторонних влияний вроде колебаний погоды, войны, болезней рабочих и т.п.). Как бы далеки не были друг от друга деятельности и процессы: одни рабочие тащат камни, другие месят глину, конструкторы чертят схемы, математики производят расчёты, - все эти частные процессы подчинены одной общей идее строительства и ей не чужды. Частные процессы отчасти выражают общую идею. Общая же идея определяет все частные процессы и соответствующие им частные "идейки".

Так и в целокупном космосе. Всё, в нём происходящее, подчинено одной общей идее космоса, одному Логосу. И тут уже нет посторонних влияний вроде войны, чумы и грозы, т.к. и война и чума и гроза - части того же космоса. Всё, начиная от ничтожных элементарных частиц и процессов и кончая тонкостями человеческого общежития, не чуждо космосу и его Логосу, т.е. его общей идее.

Не будучи в состоянии охватить разумом весь космос и т.о. познать его идею в целом, мы можем всё-таки наблюдать и познавать части космоса, частные процессы в нём, а потому выявлять частные свойства общей космической идеи, которые не могут вступать в противоречие с целой идеей космоса.

Вот и обратимся к рассмотрению наиболее интересной для нас части космоса - к человеку. Понятно, что всё, что есть в части, есть и в целом, хотя, конечно, не всё, что есть в целом, должно быть в части. Работа каменщиков содержится в идее строительства башни, но работа чертёжников, входя тоже в идею строительства, не содержится в работе, скажем, тех, кто месит глину.

Итак, каково соотношение: человек (часть) - космический Логос (целое)?

________________________

Человек - одно из творений природы" (кстати, слово "природа", лат. natura, от глагола nasco - рождать - указывает на порождающее начало, оно равносильно "порождающей матери", т.е. материи). Это творение, предположительно, венчает собою одно из звеньев (самое развитое звено) органической эволюции. Человек - частная цель эволюции. A posteriori, ретроспективно оглядываясь на эволюцию, мы можем понимать её именно как эволюцию от простейших к человеку. Так она всеми и понимается.

Какая же идея осуществилась (воплотилась) в человеке? Для ответа на этот вопрос надо знать специфику человека. В чём же эта специфика? В том, что человек - личность. Он - животное личное. А что значит "личное"? Это значит разумное и свободное.

Исключая случаи явной порочности и недоброкачественности, нечто нечеловеческое в человеке (врождённый или благоприобретённый идиотизм и т.п.), человек от животного отличается разумной свободой (или свободной разумностью). Что это означает? Помимо чисто формальной разумности наивысшей степени, способности к отвлечённому и обобщающему мышлению, - это есть у животных, но в ничтожном зачатке, - это означает способность ставить перед собой произвольные цели и разумно (целесообразно) осуществлять их (пусть даже самые нелепые цели). Свобода от чего имеется в виду, когда мы говорим о личности? Да свобода от всего. Человек хочет сознавать себя вольным, свободным от каких бы то ни было условий. Со всех сторон человек обусловлен: природой, обществом, питанием, заработком, законами, воспитанием... и тем не менее человек - не запрограммированная кукла. В один прекрасный момент он может наложить на себя добровольный пост, отказаться от честного заработка, попрать все законы, начхать на общество, плюнуть на природу и, наконец, может даже убить себя, потому что такова его личная воля.

И тщетно полагают некоторые, что внешний мир целиком определяет человека. Не так-то всё просто. Прекрасно об этом пишет Достоевский, издеваясь над материализмом с его будущим гипотетическим счастьем и повальным благоденствием:

"Да осыпьте вы его (человека) всеми земными благами, утопите в счастье совсем с головой, так, чтобы только пузырьки вскакивали на поверхности счастья, как на воде; дайте ему такое экономическое довольство, чтобы ему совсем уж ничего больше не оставалось делать, кроме как спать, кушать пряники и хлопотать о непрекращении всемирной истории, - так он вам и тут, человек-то, и тут, из одной неблагодарности, из одного пасквиля мерзость сделает. Рискнёт даже пряниками и нарочно пожелает самого пагубного вздора, самой неэкономической бессмыслицы, единственно для того, чтобы ко всему этому положительному благоразумию примешать свой пагубный фантастический элемент. Именно свои фантастические мечты, свою пошлейшую глупость пожелает удержать за собой единственно для того, чтобы самому себе подтвердить (точно это так уж необходимо), что люди - всё ещё люди, а не фортепьянные клавиши, на которых хоть и играют сами законы природы собственноручно, но грозят до того доиграться, что уж мимо календаря и захотеть ничего нельзя будет".

("Записки из подполья")

Итак, человек - личность, свободно-разумное существо. Отсюда сразу следует потрясающее открытие: значит цель данного отрезка эволюции - разум и свобода. В человеке эта цель осуществляется. Она - принцип человека, человеческое начало. И действительно, наблюдая органическое восхождение от простейших к человеку, мы видим, что существо этого восхождения, его соль - в постепенном осуществлении начал разумности и свободы, противостоящей внешним природным условиям. В органической живой природе действует и воплощается принцип личности, альфа и омега эволюции. Но начало органической эволюции - составная часть космического Начала вообще. Отсюда непосредственно следует, что Абсолютное Начало включает в себя личный принцип. Абсолют личен, т.е. разумен и свободен, и эта разумность и свобода воплощается в человеке.

И это открытие немедленно проводит резкую грань между разными обозначениями Абсолюта. Одни, признавая принцип свободы в человеке и, следовательно, в космосе, называют Абсолют Богом, то есть непостижимым личным началом, а другие, отрицая свободу в человеке, естественно, не видят её и в Абсолюте. Таковы обозначения: материя, природа, принцип диалектики и прочие безличные абсолюты.

Классическое возражение, идущее от нежелания продумать тезис о личном Боге до конца, таково:

Хорошо, вот дерево, и то, что оно есть, и то, что я его познаю как дерево, свидетельствует о том, что оно имеет форму (идею) дерева, имманентную веществу. Но это не значит, что я могу, скажем, срубить эту идею дерева. Дерево-то я срублю, но вот идею-то как я срублю?

Или, вот лошадь. Конечно, лошадь она оттого, что несёт в себе идею лошади. Но лошадь-то пасётся на лугу и щиплет траву, а вот на каком лугу пасётся её идея?

Или, пусть так: человек - личен, а следовательно, имеет в себе идею личности. Но сама эта идея-то где гуляет? С человеком-то я могу говорить, его я могу любить или ненавидеть, а вот идею-то его, т.е. Бога, как мне и где любить или ненавидеть или говорить с ним (молиться)?

В этих возражениях - классический дуализм, "что первично и что вторично".

Ещё раз: мы не знаем и не пытаемся узнать, есть ли в наднебесье сфера, где гуляют идеи лошадей и сидит Бог. Ни опыт здесь нам ничего не может сказать, ни логика не может ни противоречить, ни подтвердить. Ignoramus. Не знаем.

Идею дерева я могу сознавать и без вещественного дерева и ощущать её, воплощённую в вещественном дереве. Действительно общаться с этой идеей я могу только в конкретном воплощении, и когда я рублю дерево (а я знаю, что я рублю дерево, а не телеграфный столб), то я именно рублю конкретное воплощение идеи дерева. Любить "деревья вообще", конечно, можно, но это только мысли и слова, действительно же любить можно только действительные деревья, то есть действительные воплощения идеи дерева (а не столба).

Бога я могу сознавать абстрактно, но ощущать его могу только в конкретном воплощении. Собственно, во всём космосе, но как Личность, - в человеке (в себе самом и в других). И когда я люблю собственно человеческое в человеке, то я люблю Бога воплощённого. Любить "человечество вообще", конечно, можно, но это только мысли и слова, действительно же любить можно только действительных (ближних) людей, т.е. действительные воплощения Бога.

В этом - тезис христианства, совершенно чуждый другим мировоззрениям: любовь к Богу є любви к человеку. Это не одно и другое, а то же самое. Конечно, могут говорить: раз то же самое, так зачем тут Бог?; просто уж тогда - любить человека: это понятней и проще. Дудки? Любить человека можно как какую-то вещь, христианство же видит в человеке выражение Абсолюта, Его личного аспекта, то есть видит абсолютную, божественную ценность человека. В человеке Абсолют выражает себя именно своей абсолютностью (безусловностью, свободой). Поэтому-то, любя Бога, а не просто животное в человеке, мы воистину любим человека.

Это радикально отличает христианство от всех прочих религий и мировоззрений. Конечно, космический Принцип, познаваемый через космос, открывается познанию разными своими аспектами, через частные принципы: Бог и в мощных, безумно величественных природных явлениях, Бог и в нежной красоте цветка, Бог и в тонких закономерностях, обнаруживаемых в микромире, но Бог, как именно Бог, а не что-то тупое и бездушное, в человеческой личности.

Позволю себе попутно сделать ряд следствий из сказанного?

Сначала относительно того, почему Бог именуется Духом. Это надо понять.