12 февр[аля] (н. с.)
В газетах (разумеется, коммунистических, других теперь нет) много пишут о прелестях электрификации. В "Известиях" сегодня напечатано о том, что через Полтаву проследовал аэропоезд. Части аэроплана (без крыльев) ставят на платформу и заставляют играть роль локомотива. Заметка так сбивчива и нетолкова, что трудно понять, в чем дело. Во всяком случае, речь идет о каком-то суррогате пара. По всякому поводу коммунистическая печать говорит о торжестве науки, о чудесах электрификации, об электрических плугах, а в это время действительность дает картины другого рода. Из Харькова уже приходят здоровые люди... пешком. С Киевом нет никаких сообщений. На днях выпустили из харьковских тюрем 17 украинцев. Не знаю, имеет ли это какую-нибудь связь с моим письмом по этому поводу к Раковскому или нет. Но некоторые из этих освобожденных (напр[имер] Щепотьев и ... {Пропуск у автора.}) пришли сюда... пешком! Теперь говорят уже, что устанавливается сообщение на перекладных! Дело, однако, в том, что человечество уже привыкло к более культурным способам передвижения и уже в то же время разучилось прежним менее культурным. Мы уже давно не умеем добывать огонь трением, не можем пользоваться скороходами для пересылки почты, а для "перекладных" у нас нет ни лошадей, ни ямщиков. За триста верст, отделяющих нас от Харькова, приходится платить подводчикам по 50-ти тысяч (и то не верится, -- слишком дешево!).
Итак, торжественные крики о том, что к услугам коммуны "последнее слово науки" (еще месяца 1 ╫ назад торжественно описывали в "Правде" отправление электрических прямых поездов на Кавказ!) и в то же время простое ж[елезно]-дор[ожное] сообщение замирает и положение создается хуже, чем до первых жел[езных] дорог на Руси. Аппарат перекладных исчез, а теперь исчезает и нехитрая железная дорога!
Свободное копирование
