Буквально через пару дней меня перевели, а вернее, перевезли под конвоем в какой-то мне абсолютно незнакомый дом. Это была вилла в несколько этажей, занимаемая Бемельбургом в Нейи на бульваре Виктора Гюго, которую он превратил также в тюрьму для «особо привилегированных» заключенных. Здесь мне была отведена, если не ошибаюсь, на втором этаже комната с большим окном, возможно с решеткой. Конечно, комната не могла быть похожей на тюремную камеру. Единственно, чем она отличалась от комнаты для гостей, которые могли бы жить на этой вилле, это тем, что ее снаружи закрывали на ключ. Строгость режима заключалась в том, что, видимо, никто из помещенных в эту «тюрьму» не мог знать, кто еще здесь находится.
Безусловно, эта «тюрьма» отличалась многим, я уже не говорю, от тюрьмы Френ, но и даже от моей «уютной камеры» на улице Соссэ. Здесь было отличное питание, внимательное отношение. Приведу хотя бы пару примеров. Я мог сдать белье, включая носовые платки, в стирку, мне могли погладить брюки, по моей просьбе принести чай и т.д.
Между прочим, обслуживающий персонал был не всегда «достаточно на страже», то есть был иногда невнимательным. Например, вскоре после моего размещения в этой тюрьме я сдал в стирку свое белье, включая и носовые платки. Время прошло довольно быстро, и, когда я получил обратно все сданное в стирку, обнаружил, что один из носовых платков не мой. Я заметил, что на нем были вышиты две латинские буквы «Л. К.». Естественно, несмотря на то, что платок был очень хорошим, я вынужден был его сдать «надзирателю» (по своей внешности и поведению он не был похож на надзирателя). Он очень вежливо извинился за допущенную девушкой, стиравшей белье, ошибку. Очень мило, посмотрев на меня, нагнувшись, шепнул на ухо: «Это платок Ларго Кабальеро, может быть, слышали его фамилию. Он возглавлял республиканское правительство, которое воевало против Франко и помогавших ему немецких солдат». Я был поражен. Сделав вид, что я не ведал о таком человеке, в то же время мог понять, что в данное время он содержится в этом же доме. Хочу сказать, что только значительно позже я узнал, что в этой «тюрьме» якобы содержались брат Шарля де Голля Альбер Лебрен и еще некоторые государственные и политические деятели.
Свободное копирование
