Чем же были вызваны имевшие место между мною и Отто споры? Причин было больше чем предостаточно. Приведу некоторые из них.
Я настаивал на том, чтобы Отто нашел возможность переправить мне в Марсель радиопередатчик, так как накапливается значительная информация, а я вынужден ее направлять в «Центр» только через Париж, то есть через него, Отто. Это замедляет передачу моей информации, так как ее можно переправить только через него, редко посещающего меня, или Марго, редко направляющуюся в Париж, ибо она должна была это делать с согласия Жильбера. Жильбер не знал, зачем ей нужны эти поездки. Не знал он и того, что она связистка советской разведки.
Не знаю, из каких соображений, но Отто исключал возможность выполнения этой моей просьбы, и я до моего ареста не имел прямой связи с «Центром».
В то же время, именно со слов Л. Треппера, иногда в литературе приводятся совершенно ложные утверждения. Так, например, в книге Ал. Азарова и Вл. Кудрявцева «Забудь свое имя», изданной в 1972 г. издательством «Политическая литература» массовым тиражом в 300 тыс. экземпляров, помещена явная ложь. Там указывается, что Райт (под этим псевдонимом они сочли удобным меня упоминать) был якобы арестован в одном из номеров пансионата, где проживал, во время работы на передатчике, что позволило немцам его запеленговать. Зачем понадобилась Леопольду Трепперу эта ложь? Ответ прост: чтобы с себя лично снять всякую вину за мой арест.
Кстати, и сам Леопольд Треппер, а с его слов и другие публицисты утверждают, что я имел свою радиосвязь с «Центром» из Марселя. Это тоже ложь.
Я неоднократно просил Отто, чтобы он запросил у «Центра» для меня новый шифровальный код, с тем чтобы всю направляемую мною информацию даже через Париж я мог лично зашифровывать. Я не хотел разглашать свои источники и, признаюсь честно, не хотел даже знакомить Отто с содержанием направляемой информации. Он и этой просьбы не удовлетворил.
Только теперь мне становится ясной причина невыполнения и этого моего поручения. Отто любил все передавать от своего имени, приписывая заслуги других только себе. До сего времени мне неизвестно, передавал ли Отто в «Центр» вообще мою информацию, а если да, то указывал ли он, что она поступает от меня.
У меня есть все основания быть уверенным, что в радиограммах не указывалось, что источником является Марсель. Объективно говоря, может быть, это принесло мне пользу после ареста гестапо, ибо именно я на следствиях указывал, что с приездом в Марсель прекратил всякую разведывательную деятельность. После ареста успел предупредить Блондинку об этом моем утверждении, и она в своих показаниях в гестапо тоже утверждала, как и я, о прекращении моей разведывательной деятельности.
Свободное копирование
