Казалось бы, не имеющую для меня по моей работе и цели посещения Праги никакого значения, но интересную по своему содержанию историю, я услышал от Урбана во время одной из прогулок в отношении фирмы Батя, как я уже указывал, выпускающей всемирно известную обувь. Как-то в разговоре с Урбаном я поинтересовался, почему большое здание напротив моей гостиницы принадлежит Батя. Урбан пояснил, что, хотя дом и принадлежит Батя, обувная фирма имеет здесь только отделение своей конторы. Большую часть здания сдают под конторы и другие бюро различных фирм и организаций. После этого Урбан, смеясь и вполне естественно вызвав смех и у меня, рассказал несколько удививший меня эпизод.
На большой фабрике фирмы Батя кабинет владельца расположен в лифте того довольно значительного здания, в котором находится все основное управление. Батя, нажимая кнопку нужного ему этажа, внезапно оказывается в том помещении, где трудятся его работники. В основном все работники довольно многочисленного отдела сидят в одном зале. Урбан подчеркнул, что в этом отношении Батя перенял даже опыт американцев. Это означает, что некоторые руководители размещаются на небольших возвышенностях, на которых находится их рабочий стол и кресло. Это позволяет им постоянно наблюдать за тем, как работают подчиненные. Все письменные столы, на которых установлены телефонные аппараты, оснащены спереди и с боков стеклянными перегородками небольшой высоты, в значительной степени исключающими распространение звуков имеющих место телефонных разговоров. Естественно, это сделано для того, чтобы не мешать работать всем остальным сотрудникам.
Продолжая свой рассказ, Урбан отметил, что однажды Батя, шагая по двору своей фабрики, случайно увидел шедшего ему навстречу инженера из управления. Батя остановил его и спросил, куда и для чего он ходил. Инженер ответил, что ходил в один из цехов, чтобы уточнить некоторые интересующие его сведения. На это Батя ответил, что он тратит много денег на оплату телефонной сети, имеющейся на фабрике, не для того, чтобы служащие тратили время на прогулки по ее территории. Все необходимое можно уточнить по телефону.
Больше того, добавил Урбан, Батя якобы не разрешал своим служащим во время работы при необходимости личного, не служебного разговора по телефону пользоваться телефонными автоматами, которые, кстати, он не разрешил устанавливать на территории фабрики. Он разрешал по срочным личным делам пользоваться только служебными телефонами, но требовал, чтобы разговор был предельно кратким. Это объяснялось тем, что время, затрачиваемое на подход к установленному автомату, ожидание очереди приводят к значительным затратам служебного времени и ему, фабриканту, может обойтись дороже, чем короткий разговор по служебному оплачиваемому фабрикой телефону.
Услышав рассказ Урбана, я невольно задумался над тем, что если все услышанное мною отвечает действительности, то Батя, безусловно, прав. Меня это заставило задуматься над тем, что у меня, на моей настоящей родине, люди в служебное и во внеслужебное время могут буквально часами разговаривать по телефону на любые темы, повторяя много раз одно и то же. Если действительно задуматься не только над тем, сколько теряется служебного времени, а также и над тем, насколько непродуктивно загружается телефонная станция, то, учитывая, что, как мне помнилось, при пользовании телефонными автоматами время не ограничивалось, действительно сколько терялось ценного, трудового времени.
Свободное копирование
