Но ныне же расскажу, как я был у них.
Нарочно дожидался по выходе из класса Венедикта (на дворе) и спросил о здоровьи Ростислава -- тот. засмеялся: "нездоров". Я вчера же, бывши у Николая Ивановича, раскаивался, что не был у них -- почему? Это было в нашем разговоре с нею. Итак, отправляясь за покупкою перчаток для завтрашнего маскарада, я зашел к ним. Ростислав лежал в столовой. Она сидела за своими ширмами. Я посидел у постели Ростислава и видя, что ему тяжело, пошел. Но уже я слышал из другой комнаты ее разговор с кузиною и хотел попросить ее выйти ко мне. Но они сидели у окна. Она подрубала платок.
"Ольга Сократовна, мне нужно сказать вам два слова".
"Говорите".
"Нет, одной".
"Ну, говорите" -- и кузина встала со стула, но стала у шкапа, так что должна была слышать.
"Нет, Ольга Сократовна, выйдите сюда", -- и я взял ее за руку. Мы вышли на середину комнаты.
"Мне должно, я думаю, быть завтра с визитом у Анны Кирилловны?"
"Зачем?"
"Я думаю, что визит должно сделать".
"Нет, не к чему -- у нас знакомства ведутся не так".
"Вчера, -- она все держалась довольно далеко от меня, так что мне нельзя было говорить шопотом, и я положил ей руку на талию, чтобы стала ближе, -- еще я говорил с вами не таким языком, каким должен был бы говорить, каким должен говорить жених. Меня мучит это. Завтра я буду говорить другим языком. Тогда было препятствие, которое теперь уничтожилось".
"Хорошо, мы переговорим завтра, -- сказала она.-- Вы будете?"
"Буду непременно. Прощайте же, Ольга Сократовна".
Я пожал ей руку и пошел. Вышел было уже в ту комнату, которая перед переднею, как встретилась мне [старуха] с чаем. Я не хотел брать, но служанка старуха сказала: "кушайте" -- и я воротился и сел на другом конце стола.
Она сказала, что получила от Палимпсестова стихи, но уже у нее были присланы, что поручает кланяться Палимпсестову и сказать ему, чтобы он был в маскараде, что она танцует с ним четвертую кадриль, что я буду его визави. "Когда был Линдгрен?" -- спросил я.-- "Вчера. Вы были вчера у Чесноковых в шоколадного цвета пальто и вчера говорили о вас весьма много".-- "Как я счастлив, что есть такие добрые люди, которые говорят не о себе, а обо мне". Я, допивши чай, сказал: "Не думайте, чтобы я пил так долго потому, чтобы мне было приятно оставаться подольше в вашем обществе, а потому, что я не могу пить горячего чаю. Прощайте".-- "Так вы будете непременно?" -- "Буду".
Теперь 3/4 первого, ложусь.
Свободное копирование
