Небо зовет - 389

9.11.45. Пят. Утром, как и в спецшколе, вышел заниматься физзарядкой. Мама посмотрела и говорит, посмеиваясь:
– Лёня, нэ трать сылы. Лучше возьмы лопату та навоз переносы.
Оно и правда. Зачем тратит силы на взмахи, если есть работа, которая развивает физически похлеще, чем физзарядка. Решил, что дома надо по утрам делать работу по хозяйству. В школе – другой вопрос, там нет физической работы. Взял лопату и начал делать то, что просит мать. И мне, и домашнему хозяйству польза. Переносил навоз, присел отдохнуть, рядом кирпич оказался. Начал бить по нему ребром ладони. Боря спрашивает:
– Нашо ты так бьешь?
– Мозоли набиваю. Если бандит нападёт – секану по горлу ребром и ему – капут.
– А если по горлу нэ попадэшь?
– По руке ударю – кость ему перебью.
– Та-а-а... Нэ пэрэбьешь.
– Подставляй!
– Ага! – прячет руки за спину и задумчиво следит за мной.
Вечером с батей разговорились на религиозные темы. Он в этом деле мастак. Говорит:
– В гражданскую войну абсолютная часть попов стояла на стороне белых, потому что у белых вера была обязательной. Без веры в бога и царя невозможно было удержать солдат в армии. Вот их и мордовали, запугивали грехами и божьими карами. А на стороне красных, где у власти были атеисты – попам места не было. Вот и влипли они в беду. Белых большевики разбили, и им пришлось отвечать за своё с ними сотрудничество. Теперь попы приспосабливаются к советской власти. Рады, что им разрешили служить церковную службу. Хоть и под контролем государства, но есть работа и дармовой доход.
– А почему им разрешили?
– В войну с фашистами они поняли, что должны поддержать советскую власть. Иначе их не поймут даже набожные. Тут деваться попам было некуда. А повод для разрешения работы церквей был дан приездом Черчилля. Он в свою делегацию включал сановного священника и просил наше правительство, чтобы с нашей стороны на встрече был ему равный сановный священник. Но сановник от религии должен представлять церковь. Чтоб не вызвать затруднения работы делегаций, Сталин разрешил работу церквей в СССР. Вот радость была попам.