21.08.1945 станица Каневская, Краснодарский край, Россия
21.08.45. Вт. Подъехала к нашим воротам американская машина «Студебекер». Вышёл шофёр, сержант. Обращается к маме: – Хозяйка пустите на квартиру недельки на две. Мама засуетилась. – И рада бы пустить, та семья большая. Негде спать. – Да я только на ночь буду приезжать. На полу посплю. Разговорились. Оказывается, в станицу пришла военная колонна помогать колхозам зерно вывозить на элеватор. Звать сержанта Иван. Ему предписано возить зерно из колхоза «Красного колоса». – Это наш колхоз, – обрадовался я. – Вот и хорошо. Значит, я буду жить у вас, – сказал сержант. Мама усмехнулась и не стала возражать. Солдат у нас в каждом доме уважаемый человек. – Поедем, покажешь мне, где правление колхоза, – говорит Иван Я надел свою форму, и мы поехали. Выйдя из правления, Иван спросил: – Знаешь, где третья бригада. – Это моя бригада. – Вот как всё хорошо. Поехали, будешь моим проводником. Сев в кабину, я стал внимательно присматриваться к действиям шофёра: как он запустил машину, включил скорость, тронулся и как управлял в пути. Приехали в бригаду. Все мои знакомые пацаны на работе в полях. На току, только женщины. Иван представился бригадиру. Тот дал команду женщинам немедленно загружать машину и Иван, подогнав её к вороху зерна, ушёл в сторону кухни. – Цэ гарно, шо машину далы, – заговорили радостно женщины. – Быстро перевезем зерно! А то воламы и до зимы нэ справимся. Они дружно стали бросать зерно лопатами в кузов. Когда машина была загружена, мне кричит: – Лёнька, отъезжай! Я замялся. Поглядываю в сторону кухни. Ивана не видно. – Отъезжай, отъезжай! – торопят меня. – Нам надо подгрести. – Сейчас придёт шофёр, – отвечаю им. – А ты шо нэ умиешь? Ты ж лётчик! Сидай и газуй! Меня подмывало самолюбие. Не хотелось выглядеть неумейкой. Вскочил в кабину, запустил мотор, отжал педаль сцепления, включил первую скорость и, отпуская сцепление, осторожно начал нажимать на газ. Машина дернулась и заглохла. Не понял. Повторяю всё сначала. Та же картина. – Газуй, газуй! – кричат тётки. «Газую» в третий раз. Всё тоже. И тут осенила мысль, что машина на ручном тормозе. Быстро снял её с тормоза, запустил мотор. Тронулся. С радостью и волнением в груди подъехал к кухне и выключил мотор. Вышли Иван и бригадир, который распорядился: – Бабы! Две в кузов для разгрузки на элеваторе, – глянул на меня. – Не. Одну, помоложе! Лёнька, тоби тоже наряд на разгрузку. Самая молодая, Клава, с радостью бросилась к машине и залезла в кузов. Я занял место в кабине. Отъехав от бригады метров пятьсот, Иван тормозит и даёт мне распоряжение: – Садись за руль и поезжай. А я в кузов... Приказ сержанта – закон для младшего сержанта. Я повёл машину. А Иван развлекался в кузове с молодкой. Слышен был их весёлый смех. При въезде в станицу, послышался стук по крыше. Остановился. Кажется, моя шоферская миссия окончилась. Но я был на седьмом небе – освоил вождение американского «Студебекера». Будет что рассказать хлопцам в спецшколе. Во втором, а потом и третьем рейсе повторилось тоже. Я – за рулём, а шофёр – в кузове с девкой. Нам всем это нравилось. Вернулись с работы мы поздно. Иван вошёл во двор и увидел Валю. Он застыл, раскрывши рот. Спать его мама уложила со мной на кровати. Я рано уснул, а он всё болтал с сёстрами. В Валю он явно влюбился. Ночью пытался побаловаться с ней. Утром получил строгий наказ от мамы искать себе квартиру.
03.11.2017 в 22:15
|