Еще о соседях. Сарра Вениаминовна Нейман
Сарру Вениаминовну Нейман (ту, которая писала мне о судьбе моих родных) трудно было узнать.
Над беседкой свисали ветки винограда, создавая тень. Удивительно, как эта беседка сохранилась, ибо половина дома была повреждена. В тени стояла коляска с приемной девочкой. Сарра Вениаминовна сидела рядом, качая коляску. Лицо ее от пережитого было землистого цвета, и никакой прежней приветливости и улыбки. Грустно встретились. Я ни о чем не спросила, ждала, пока сама заговорит.
Жила она вместе с холостым братом и одинокой сестрой. Все их помыслы были об этой приемной девочке.
Подробности были горькие. Как это было тяжело – слушать о моих погибших родных, - передать трудно.
Папина энциклопедия хранилась у них. Папа надеялся еще вернуться и забрать книги. Это пришлось сделать мне. На каждой книге сверху было написано: «Из книг Самуила Эпштейна». Теперь эти полоски с надписью во всех восьмидесяти двух томах были вырезаны. Кто знал, как фашисты отнеслись бы к этой еврейской фамилии, поэтому, во избежании неприятностей, все это вырезали. Забрала книги в свою комнату и сложила в сохранившийся книжный шкаф.
Ежедневно я приходила к ним, чтобы еще раз услышать подробности о моих навеки потерянных родных и оплакивать мое и их горе.
У них еще доживала совсем старенькая бывшая заведующая детской библиотекой Мария Васильевна. Она плохо слышала, но меня хорошо помнила и узнала.
Свободное копирование
