1834 - 15

15 февраля 1834 года

   Как бесцельны все эти разгадывания промысла Божия в делах человеческих. Мы ныне, между прочим, ломаем головы над Иоанном IV и Русью в его время. Карамзин представляет его каким-то романическим тираном; Полевой видит в нем великого человека, "могучее орудие" в руках Провидения; Погодин же считает его просто человеком ограниченным. О Руси, ему современной, не менее толков, большею частью патриотических.

   Она обагряется кровью, трепещет в судорожных стонах под железным посохом Иоанна и все время смиренно говорит: "Так угодно батюшке царю. По делам он душит нас, смердящих псов, грешников".

   "Какая доблесть! -- восклицают наши патриоты, -- удивительный, великий народ!"

   Но, право, все это гораздо проще и логичнее. Иоанн -- человек, рожденный с сильной, энергической душою, испорченный дурным воспитанием, развращенный возможностью все делать по своей воле, не находящий преград ей ни в законе, ни в общественном мнении, -- и от всего этого зверь, чудовище, сумасшедший -- сумасшедший от энергии, развившейся среди страстей, которые нигде не встречали себе узды. Это история всякого человека. А Русь? Русь -- покорная раба, до полусмерти забитая татарами и своими князьями, потонувшая в фатализме христианства, дух коего был подавлен буквою. Полевой, впрочем, знает, почему оправдывает Иоанна: это гроза аристократов.