Мы и публика - 1

Мы и публика

Фото: Мне 15 лет. Парк «Сокольники». Я тренируюсь у Кудрявцева.

Знаки внимания, почета, проявление любопытства, связанные с известностью, оставляли меня равнодушной. Реакция же на танец — никогда. Я всегда стремилась к успеху.

В первые годы наших выступлений его мерилом были для меня судейские оценки, мнения специалистов. Но затем я поняла, что мой успех — это и успех у публики, хорошо, когда он совпадает со спортивным, но складывается он иначе и существует отдельно, по-своему определяя и обозначая спортивную жизнь. Когда в 72-м году в гигантском олимпийском дворце в Гренобле откуда-то сверху стали кричать: «Кумпарситу»! «Кумпарситу»! — я была очень удивлена. Откуда им было знать про нашу «Кумпарситу»? Ведь для этого надо следить за фигурным катанием, ходить на соревнования. А в Канаде во время показательных выступлений весь зал встал, когда мы исполнили «Сюрприз» — свою интерпретацию одного из популярных у них тогда номеров Луиса Армстронга.

Успех у публики окрыляет не меньше судейского, ведь публика тоже своеобразный судья. Контакт с публикой, о котором мечтает и без которого не может существовать артист, и для нас был крайне важен. Я научилась со временем дифференцировать публику, научилась по реакции зала понимать, перед кем я сегодня выступаю. Я люблю публику строгую, такую, которая реагирует на все мелочи, нюансы, на интересные позы, жесты. В разных городах, в разных странах — разная публика. Так и должно быть, потому что везде свои культурные традиции, свой национальный темперамент. Очень забавная реакция была поначалу на «Кумпарситу» в некоторых западных странах. Номер принимали хорошо, но в тех эпизодах танца, на тех движениях, которые у нас встречали аплодисментами, там раздавался дружный смех. Мы недоумевали по этому поводу, пока не нашлось объяснения. Тамошняя публика сравнивала «Кумпарситу» с танго на паркете. Бальные танцы хорошо известны в странах Западной Европы. Очень часто поклонники фигурного катания проявляют большой интерес и к бальному танцу. Одни и те же клубы, как правило, культивируют и фигурное катание и бальные танцы. И вот когда мы показали свою «Кумпарситу», ее приняли за талантливую пародию на паркетное танго. В то время как в наших залах публика, наоборот, поверила нам, поверила танцу, увидела его таким, каким он и был задуман.

Вообще у публики за рубежом, я это чувствовала и по выступлениям других спортсменов, больше ощущается желание развлечься, отдохнуть, повеселиться. У нас к фигурному катанию относятся серьезнее — в любом танце ищут прежде всего смысл, а не забаву. Меня это радует. Но что бы там ни было, артист-спортсмен не имеет права идти за публикой. Это очень сложный вопрос, иногда имеющий решающее значение для судьбы фигуриста. Очень каверзный вопрос и очень противоречивый. Как это можно в одно и то же время искать контакта с публикой и быть независимым от нее?

Ни тогда, когда сама каталась, ни теперь, когда ставлю танцы ученикам, я не делаю ничего, рассчитанного на потребу публики. Иногда такое отношение отрицательно сказывалось на спортивных результатах. Но это неудачи относительные. Не только потому, что сиюминутный успех я приношу в жертву вещам куда более важным с точки зрения будущего. Но и потому, что «вкус публики», «успех у публики» — понятия достаточно неопределенные. Фигурное катание — вид спорта отнюдь не камерный. Далеко не всегда истинные ценители задают тон общественному мнению. В большинстве случаев зал не может устоять перед громкими именами. Катается чемпион — все рукоплещут. Не в форме спортсмены, скучный танец, плохо поставленный, неинтересный — ну и что?— «бис! браво!». Это особенно характерно для спортивных танцев. Неудача одиночника, парника очевидна — сорвет прыжки, упадет. У нас все может сойти гладко, хотя это «гладко» — только на первый, неискушенный взгляд. Публика легко обманывается. Иногда па скромных соревнованиях, где-нибудь на периферии реакция зала точнее, тоньше, чем на каком-нибудь гала-концерте в столице, куда билета не достать, куда идут порой от нечего делать или потому, что это модно, или для того, чтобы себя показать... Тебя не поймут, потому что этих людей волнует не искусство, а «светское действо». В то же время тебя вполне может оценить человек, пусть непрофессионал, но сохранивший способность смотреть и слушать непредубежденно. Главное — делать свое дело, делать так, чтобы результат его тебя радовал, и тогда обязательно будут и те, кто по достоинству оценит твой труд.