Кампания 1807 года - 12

 29-го января, один из отрядов Засса был также застигнут врасплох в с. Курманкин, как и отряд Войнова в Мосанде, и также вышел победителем.

 Нельзя обвинять Засса в том, что он слишком растянул свои силы. С. Курманкин находится только в 18 верстах от Килии; в нем был размещен один батальон Алексопольского полка, под командою полковника Будберга, очень храброго офицера. Чтобы добраться до этого батальона, турки должны были совершить огромный обход озер Котлибух и Кочегул, а потому немыслимо было допустить, чтобы они рискнули на это, тем более, что аванпосты были выставлены перед озерами. [607]

 В этот день, 3.000 турок вышли из Измаила, чтобы защитить, в случае надобности, направлявшийся туда татарский обоз. Турки и не собирались нападать на Курманкин, но по дороге они натолкнулись на аванпосты казаков; то были Бугские казаки, которые, завидя турок, ускакали за 30 верст. Турки бросились за ними и, преследуя, достигли, таким образом, деревни Курманкин, куда они и влетели почти одновременно с казаками. Было раннее утро, и Будберг едва успел собрать свой батальон и двумя выстрелами картечью остановил турок. Два эскадрона Переяславских драгун произвели несколько энергичных атак, в то же время полковник Мартынов с казаками ударил во фланг. Во время одной из происшедших стычек, офицер Переяславского драгунского полка Поляков, чтобы спасти своего товарища, кинулся в самую середину турок, ударом сабли отсек голову тому турку, который намеревался это же сделать с ним самим, и вернулся обратно, без малейшей раны.

 О нападении турок один казак предупредил полковника Золотинского, находившегося в с. Нерушае, в 25 верстах от Курманкина, и Золотинский тотчас же двинулся туда с батальоном Полтавского полка.

 В начале нападения турок было не очень много и впереди были лучшие всадники, но мало-помалу, к полудню, когда туда прибыл полковник Золотинский, турок собралось очень много, и Будберг спешил скорее окончить дело. Своим прибытием Золотинский оказал ему большую услугу. Засс же несмотря на то, что ему надо было сделать только 18 верст, прибыл к трем часам. Причиною тому было то обстоятельство, что, когда он собрался выступать, лошади его конной артиллерии отказались двигаться и везти орудия; таким образом, провозившись с ними, он потерял 4 часа. Когда он прибыл к Курманкину, то турки уже бежали, оставив на поле сражения 200 убитых. Мы потеряли 3-х убитых офицеров, 4-х раненых и 80 нижних чинов. Во время этого дела я был в Акермане. Несмотря на все мои старания, к сожалению, я никак не мог наградить ни Золотинского, ни Будберга, ни Полякова, ни Розена (командира драгун), ни Мартынова, ни одного офицера, ни нижних чинов, которые так прекрасно вели себя в этом сражении.

 Хотя Мейндорф и много раз писал мне, что татары наши лучшие друзья, но я не питал к его словам ни малейшего доверия и все время ожидал их эмиграции, чего другие никак не хотели предвидеть.

 Заложники (о которых Мейндорф так мало заботился) хотя и [608] были в наших руках, и, хотя мы и порешили часть татар, живущих около Бендер, Таланчи и Акермана, переселить в Россию, но несмотря на это, большая часть их передалась Измаилу и каждый день туда перекочевывали целые деревни. Так как они передвигались со всем своим имуществом и скотом, то несколько кавалерийских набегов внутрь страны могли бы остановить многих из них.