Наутро Господь сказал: "Да будет свет, а еще пусть Боб и Лен отправятся домой и выпьют кофе". С рассветом азарт пропал и я внезапно почувствовал себя истерзанным. До меня добиралась постоянная, неумолимая сонливость, характерная для этого времени суток. Я сделал фантастический заход на Чайную Плантацию и дал козла на посадке. Глядя на мои усилия, Райкер хихикал, как пьяный. Я тоже начал смеяться. Но это не был веселый смех, скорее, какие-то всхлипы с улыбкой. Пока мы сидели в кабине, капитан дотащил свои рации до джипа. Потом обернулся и провел по горлу, потому что двигатель "Хьюи" еще крутился на рабочих оборотах. Капитанский жест показался мне невероятно смешным, и я уже нажал кнопку, чтобы сказать об этом Райкеру, но тот меня опередил:
— Видал, Боб? Парень зарезаться хочет! — о-о, вот уж выдал, так выдал. Мы истерически захохотали и смеялись до тех пор, пока все не заболело.
Ричер подошел со стороны двери Лена и пожал плечами.
— Что случилось? — спросил он.
Я утер слезы и заглушил "Хьюи".
Пора найти немного кофе. Ричер остался, чтобы осмотреть вертолет. У него то ли нервы были из стали, то ли мозги из заварного крема, но в ходе последнего полета он заснул. А теперь энергично сновал по всей машине, осматривая каждую заклепку. Это было вдохновляющее зрелище. Следить, чтобы "Хьюи" работал нормально — дело монотонное и Ричер выполнял его без единой жалобы.
— Любишь этот вертолет, а, Ричер? — спросил я.
— Да, сэр. А еще не люблю летать над всякими ебучими джунглями на вертолете, который может упасть.
Мы уселись за стол, сделанный из снарядных ящиков. Я ел какой-то консервированный омлет, и тут к нам присоединился капитан с крылышками.
— Вы устали, наверное, парни, — он с изумлением смотрел на наши, должно быть, изможденные лица. — Я пытался добыть вертолет вам на замену. Никак.
Он сделал паузу, чтобы закурить сигарету.
— Туда нужно будет перебросить кучу солдат, — он махнул рукой на юг. — Похоже, мы разворошили гнездо. Стычек все больше. В общем, в вашем батальоне мне сказали, что нам повезло уже потому что вы есть. Все остальные вертолеты заняты на переброске.
— Никаких проблем, — ответил Райкер. — После завтрака и кофе мы будем готовы.
— Это хорошо, потому что вы будете нужны нам целый день.
Я застонал. Я застонал бы громче, если бы знал, что Реслер был на земле с патрулем, попавшим в ловушку. Он был сбит, когда пытался доставить им припасы и провел всю ночь, лежа за пулеметом с "сапогами". Но я узнал об этом, лишь когда вернулся к Священникам.
Свободное копирование
