— Вставай, — Райкер тряс меня за плечо.
— Что? — я открыл глаза, надо мной все еще стояли звезды. — Сколько времени?
Может, если намекнуть ему, сколько времени, он отстанет?
— Двенадцать. Мы летим на задание, прямо сейчас.
— На задание?
— Ага. Вставай, "Сапог-6" ждет нас у вертолета через десять минут.
Мы добрались до машины и разбудили Ричера со стрелком. Через несколько минут тени от палаток заплясали в свете фар джипа, который остановился в пятидесяти футах от нас. В ярких лучах света двигались фигуры, а перед ними колебались туннели тьмы.
"Сапог-6" с двумя капитанами в кильватере подошел к нам.
— Кто из вас командир? — спросил он резко. Свет поблескивал в капельках пота на его шее.
— Я, — сказал Райкер.
"Сапог-6" сделал секундную паузу, разглядывая в полутьме нашивку с именем Райкера.
— Мистер Райкер, в моей группе есть капитан-авиатор [1].
— Так точно, сэр, — ответил Райкер.
— Я хочу, чтобы вы взяли его в кабину. Пусть получит немного налета этой ночью.
— Сэр, у нас приказ не позволять кому-либо не из нашей роты водить наши машины.
Сейчас ты ему объяснишь, Лен.
— Мистер Райкер, — голос "Сапога-6" стал более гулким, — вы и ваш вертолет приданы мне. Вы в моем подчинении и я требую замены в экипаже на этот полет.
Пока он говорил, то придвинулся к Лену. Его мощная, мускулистая фигура резко контрастировала с райкеровской худобой.
— Я полагаю, что мистер… — он быстро скользнул взглядом по моей нашивке, — …мистер Мейсон должен остаться здесь.
— Не думаю, что это правильно, сэр, — запротестовал Райкер. — Боб должен летать на этом задании со мной.
— Ладно, никаких проблем, — уступил "Сапог-6". — Пусть сидит сзади.
Компромисс! Я сижу сзади? Пехотный командир не может так нас тасовать. Райкер так ему и скажет.
— Ладно, — сказал Райкер недовольно. — Он будет сидеть сзади с вами и вашими помощниками.
— Я на этот раз не полечу. Только помощник, — ответил "Сапог-6". — Он будет использовать ваше радио [2].
Да и хрен с ним, подумал я. Всего-то один полет. Мне так казалось, пока мы не поднялись в воздух, и только тут до меня дошло, насколько все погано. Я отдал капитану свой шлем и теперь сидел на скамейке глухой и немой. Позади меня, в "карманах" были Ричер и стрелок. У них были шлемы. Заставлю Ричера отдать его. Нет, нельзя, они должны услышать команду на открытие огня. Я чувствовал себя, как рыба, выброшенная из воды. Пассажир на собственном вертолете. И даже не могу общаться с кем-то на борту или на земле. Я сгорал от стыда и злости.