Закон о рабстве в Советском Союзе

XXX. Закон о рабстве в Советском Союзе

Фото:  Арпад с сыном Вадимом Литинским. Москва, 1934

 В Советском Союзе в 1929 году началась грандиозная индустриализация, для чего было необходимо множество новых промышленных рабочих. В 1925-1927 гг. в России было еще большая безработица. Было трудно найти работу и куда-то устроиться. Но когда началась индустриализация, то постоянной стала нехватка рабочей силы. Чем больше заводов строили в Советском Союзе, тем больше требовалось новых промышленных рабочих и тем больше возрастал дефицит рабочей силы. Новых рабочих нужно было набирать в деревне, и поскольку в 1929 году началась усиленная коллективизация, то в деревнях освободилось большое количество рабочей силы. Крестьяне не желали работать во вновь образовавшихся колхозах, и колхозы не могли обеспечить рабочий силой даже работающих крестьян. Началась миграция населения из деревень в промышленные центры.

Когда меня в 1936-37 году посылали в командировки в деревни и колхозы, я мог своими глазами убедиться в том, что из колхозов и деревень исчезла вся молодежь. В колхозах остались только старики, женщины и дети, и молодых нужно было искать днем с огнем. Двери и окна многих домов были заколочены досками. Когда я спросил, почему заколочены эти довольно хорошие избы, мне отвечали, что вся семья переселилась в город. Сначала устраивались мужчины, потом старшие дочери, а уж за ними и вся семья переезжала в город. Эти массы новых рабочих из крестьян наводнили заводы. После одного-двух месяцев обучения их ставили уже к станкам. Это была причина и массовых поломок станков, потому что крестьянам нелегко было научиться работать на сложных станках. Превратившийся в рабочего крестьянин не мог научиться и дисциплине, которой требовал промышленный труд. Гораздо больше стало опозданий на работу, прогулов, чем в прежние времена. Закон о труде 1922 года (это был первый трудовой закон в России) еще предусматривал, что рабочего, который пропускал без уважительной причины три дня в месяц, увольняли в административном порядке. Теперь же было принято распоряжение, что того, кто пропустит без уважительной причины даже один единственный день, отдавали под суд и сажали в тюрьму. А позже пошли и еще дальше, под суд отдавали рабочего даже за опоздание на 15-20 минут.

 В Советском Союзе по закону судей выбирают, в том числе и судей гражданского, коллективного суда, который состоит из одного судьи и двух заседателей. Заседатели, естественно, были из рядов народа, большей частью из рабочих, которые в большинстве случаев не соглашались осудить своих же товарищей, рабочих, которые представали перед судом за 20-минутное опоздание. На это сталинский режим попросту нарушил конституцию и принял постановление о том, что в процессах о прогулах и самовольных уходах с работы судит не коллективный суд, а один судья. Эти судьи, которые были государственными служащими, естественно, не решались продолжать прежнюю практику, а осуждали всех, кого отдавали под суд, на тюремное заключение.

 В 1939-40 гг., когда я возвращался с работы, мне нужно было проходить мимо суда, находившегося неподалеку от Ильинки, и я всегда видел стоявшее перед судом милицейскую машину для перевозки заключенных ("черного ворона"), и вокруг нее плачущих женщин с детьми на руках, когда их мужей прямо из суда милиционеры сажали в машину.

 То же я видел и перед судом Сталинского района. Дошло до того, что рабочего, который пропустил рабочий день без соответствующей справки, арестовывали на рабочем месте, в тот же день судили, выносили приговор и отправляли в лагерь.

 Однако и этого было недостаточно, чтобы окончательно запугать рабочих, и поскольку было множество возможностей устроиться с более высокой зарплатой, многие рабочие увольнялись с соблюдением закона, чтобы попасть на такой завод, где были лучше условия труда и возможности заработка. Само собой разумеется, что эти массовые увольнения сказывались на производстве и на выполнении плана.

 Для того, чтобы прекратить утечку рабочей силы советское правительство решило принять такой указ, который нельзя назвать иначе, чем закон о рабском труде. По этому указу ни один работник не мог уволиться с работы. Были строго установлены условия (в 4-5 пунктов), когда директор завода мог отпустить рабочего. В других случаях даже директор не имел права дать согласие на уход работника.

 Вначале директора заводов не восприняли серьезно это постановление, и если для увольнения рабочего была уважительная причина, они давали разрешение, несмотря на то, что это было запрещено постановлением. Последствием этого было то, что такого директора снимали с его поста, предавали суду и отправляли в тюрьму. Для устрашения о таких случаях всегда сообщали в газетах.

 Для того, чтобы подтвердить это, переведу соответствующее постановление Президиума Верховного Совета СССР [приводится на венгерском языке текст Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 года. - Т.Л.].

 Я должен отметить, что в свое время газеты, а позже учебники права так писали об этом указе:

 По инициативе Всесоюзного Центрального Совета Профсоюзов Президиум Верховного Совета СССР 26 июня 1940 года принял указ, который имел историческое значение.

 Если меня спросят, можно ли было прекратить миграцию рабочей силы без такого ужасного и варварского указа, я должен ответить, что, по-видимому, это было невозможно. Но все же в стране, которая называет себя социалистической, нельзя было принимать такое ужасное постановление и было бы гораздо целесообразнее проводить индустриализацию более медленными темпами.