Шопронская тюрьма - 2

Смерть Тибора Самуэли

 В начале 1920 года в шопронскую тюрьму начали доставлять коммунистов. В основном они были осуждены на небольшие сроки. Так как камеры не отапливались с 1914 года, вновь прибывших коммунистов определяли в мастерскую, чтобы они могли находиться в тепле. Но они не принимали участия в очистке шкур, и получали какую-то другую работу.

 Однажды один из арестантов коммунистов отозвал меня в сторону и сказал, что должен что-то мне сообщить. Я отошел с ним в угол, где он назвал свое имя, которое я уже забыл. Кажется, Зоммер или Зоргер или что-то в этом роде. Это был зажиточный еврей, владелец и арендатор земли, который симпатизировал коммунистам и хорошо знал Тибора Самуэли. Его особой приметой была довольно крупная фигура и то, что он плохо слышал. Он рассказал мне, что после поражения Советской республики Самуэли нашел его в Шопроне, так как он, будучи уроженцем города, хорошо знал места, где можно было перебраться в Австрию, и попросил помочь ему как можно быстрее попасть на территорию Австрии. Он сразу же отправился с ним. В одном месте перед границей им нужно было перейти через небольшой ручеек, такой мелкий, что им даже не пришлось снимать ботинки, а перешли так. Когда в Австрии они пошли по дороге, то пыль прилипла к ботинкам, и когда, уже на территории Австрии, им встретились два жандарма, те сразу же их задержали, потому что пыль на мокрых ботинках вызвала у жандармов подозрение, что они перешли границу из Венгрии.

 Жандармы препроводили их обоих в первое же караульное помещение, где Самуэли сунул руку в карман, вынул завернутый в носовой платок револьвер и застрелился. Он тут же на месте умер. Зоммера, или Зоргера, шопронский трибунал приговорил к пяти годам тюрьмы.

 Этот рассказ я считаю достойным доверия, потому что у Зоргера не было никакой причины для того, чтобы говорить неправду в тот момент, когда венгерский газеты распространяли всякую клевету о Тиборе Самуэли и даже те, кто был его действительно знал или был с ним связан, отрицали, что когда-либо разговаривали с ним.

 Когда в 1922 году я после обмена попал в Москву, где никто не знал, что случилось с Тибором Самуэли, я сообщил Беле Куну рассказанное мне. Он в вышедшей недавно книге дает именно эту версию о гибели Тибора Самуэли.