Взгляд изнутри - 91

 Примерно к 22-23 часам, в нашей палатке собирались все её обитатели и за "лёгким" ужином мы обменивались впечатлениями о прошедшем дне, планах на будущий день, шутили, "травили" анекдоты. Много интересного мы узнали из уст ученого подполковника Кондратьева. Это был среднего роста, сутулый человек, в больших очках, производивший впечатление "вундеркинда", с какой то странной манерой изложения. Но чувствовалось, что он владеет материалом и излагает его очень доходчиво. Из его сообщений мы узнали, что идёт негласное соревнование между США и СССР в разработке и осуществлении различных вариантов производства ПОДЗЕМНЫХ атомных взрывов, для дальнейших исследований и усовершенствования атомных устройств, которые в открытых разговорах назывались "изделие". Интенсивность этого соревнования увеличивается, в связи с тем, что идут успешные переговоры, и, в ближайшее время, будет заключено Международное соглашение о запрещении наземных и воздушных атомных испытаний. США же, по мнению Советских учёных и по данным разведок, опережают СССР, уже произвели какое то количество подземных атомных испытаний в штате Невада. В.И. Луценко рассказывал о ходе переговоров с местными властями и трудностях выполнения его требований на местности. В разговорах быстро проходило время и укладывались спать не ранее двух ночи. Подъём же проходил в 6 утра, а рабочий день начинали в 8 утра. Завтрак и ужин у нашей компании проходил в нашей палатке, в основном, на "подножном корму", т.е. купленными у местного населения в близлежащих кишлачках, привезенными В.И. Луценко из Джалал-Абада продуктами, овощами и прочим. Иногда на ужин приносили что либо горячее из столовой, приготовленное поваром по нашему заказу (начальство всё же). Довольно часто "прикладывались" к спиртному, вернее, пили спирт 96®, официально реализуемый в продуктовых магазинах Киргизии. Таким преимуществом в то Советское время пользовались немногие административные районы СССР. Владимир Иванович иногда брал меня с собой в поездку в Джалал-Абад, где он с центрального телефонного переговорного пункта связывался с кем то в Минобороне и докладывал о происходящем на объекте. В таких поездках мы, как то, узнавали больше друг о друге, и становились наши отношения более откровенными. Владимир Иванович был выше среднего роста, стройный (чувствовалась военная выправка), с лёгкой сединой человек, с крупным, вытянутым лицом, с длинными зубами. Не очень разговорчивый, правда, много улыбающийся. Несмотря на высокий пост и звание, В.И. Луценко был прост со всеми и доступен, но не допускал "панибратства". Мне было интересно общаться с ним. От него я узнал, что он занимает должность Начальника 6-го отдела 12-го Главного Управления Минобороны. Вообще, в нашей палатке создалась очень благоприятная, товарищеская атмосфера, несмотря на разнохарактерный состав, что немало содействовало успешному проведению работ в назначенный срок.

 Горные работы по созданию камеры-сферы были окончены, сфера получилась довольно правильной формы, соответствовала проекту, несмотря на крепкие породы, в которых она сооружалась. Проект и рабочие чертежи разрабатывались в Москве, в ГСПИ-14, в составе которого было создано Специальное Комплексное Бюро (СКБ). Представители этого проектного подразделения были на площадке и, в частности, их представлял и мой однокашник по факультету СИТНИКОВ ИГОРЬ, который, ещё будучи студентом, отличался своим умом, упорством в учёбе, прекрасно играл в шахматы, где ему не было равных на факультете. Он проживал в институтском общежитии на улице Пролетарской 25, но близко не сходился с товарищами по учёбе и проживанию, был замкнут. Куда он был распределён на работу по окончанию Института я не помню, но через несколько лет я узнал, что он работает в Научной части ГСПИ-14. Забегая вперёд, сообщу, что психическая неуравновешенность привела его к суициду после продолжительной болезни.