Постскриптум - 87

Как известно, немцы у нас долго подвергались дискриминации, в результате чего терялись язык, культура, традиции, способности народа. Я много и активно ратовал за немецкую автономию, но мой голос не был услышан. Как-то М.С. Горбачев сказал мне, что если бы он остался в девяносто первом году на президентской посту, мы бы эту автономию осуществили. Десять лет назад ее образование еще могло бы помешать массовому оттоку немцев из России, а сейчас подобная автономия потеряла смысл: наиболее деятельная часть двухмиллионной немецкой общности уехала в Германию. По подсчетам экономистов Германии прирост валового национального продукта от притока этой рабочей силы составит к двухтысячному году 84 миллиарда марок! Ну а мы потеряли эти миллиарды, зато избавились от необходимости решать острейшую проблему немецкой автономии: нет человека — нет проблемы. Но за исходом евреев, немцев, других «нацменов» — великий исход умов, талантов, личностей. И пусть теперь кто-нибудь скажет: нет людей, нет и проблем! Интуиция опять крепко нас подвела…

Идет время, проходят столетия, а национальный вопрос у нас в России все еще стоит ребром. Поройтесь-ка в своей родословной, много ли там «чистой», не разбавленной другими вливаниями крови? Кто только не проходил по нашим землям, кто только на них не оседал, каких только смешанных браков не заключалось и не заключается, однако всегда найдутся люди, желающие соблюсти чистоту расы, хотя дело это немыслимое и бесперспективное. Нереальное.

Вспоминается смешной эпизод из лагерных времен. Попал с нами тогда за решетку директор Свердловского оперного театра, посадили его как немца, но поняв, в какую передрягу вляпался, он попросился на волю, доказав, что он — еврей. И, что самое поразительное, его выпустили! Значит, в свое время этот человек скрывал свое происхождение, стеснялся и предпочитал прослыть немцем, а когда его загребли вместе с нами, предпочел выйти на свободу в качестве человека своей истинной национальности!

Я немец и никогда этого не скрывал, я понимаю, что национализм страшная вещь, опасность от него исходит двусторонняя, и относиться к нему можно и плохо, и хорошо, как ни странно это звучит. Конкретный вариант национализма может означать, что некоторые его формы, если они не ущемляют других наций, прогрессивны и положительны. Условно говоря, существует неагрессивный национализм. А есть национализм агрессивный, и, как всякое агрессивное начало, мне лично он очень неприятен. Когда агрессивные националисты проповедуют: мы умнее и лучше всех, а остальные дураки, сволочи и люди второго сорта — это национализм отрицательный. Может быть и иной вариант, когда националисты заявляют: мы умнее, лучше всех, но и остальные тоже не дураки, не сволочи и не второстепенны. Тоже неприемлемый, с моей точки зрения, вариант. Приемлемый вариант — мы все одинаковы перед лицом Господа Бога.

Я принадлежу к данной нации и невольно болею за нее, как можно болеть за «Динамо» или за «Спартак» — обе хорошие футбольные команды, однако это не значит, что «Динамо» лучше «Спартака» или наоборот. Но евреи утверждают, что они богоизбранная нация, и так написано в Священном Писании, русские убеждены, что они особый народ, призванный возродить мир, нормальное, по-моему, убеждение, европейцы тоже полагают, что несут всему человечеству и мудрость, и цивилизацию, мусульмане считают, что их мир — мир правоверных на Земле, и да будет тебе благо, если ты искоренишь иноверца — в Коране есть такие суры, где подобное истребление поощряется… Что же получается — пока существуют на Земле нации, мы никогда не станем интернационалистами, не избегнем отвратительных черт национализма?