Одна жизнь - 350

 Вот так, девятый класс. И я уже, по-моему, рассказывал, как я встретил начало войны, поэтому повторять не буду... Я вам расскажу только, как первого из нашей компании приняли в комсомол - а это было для нас для всех событием, ну, так мы были воспитаны. Это сегодня я смотрю на это как на идиотизм, а тогда это было на полном серьёзе. Первым, кто вступил в комсомол, был Геннаша Кориков. Мы все, вся компания, стояли в коридоре, а в классе проходило собрание, где его принимали в комсомол. Наконец, он вышел оттуда - красный: там вопросы ему всякие дурацкие задавали... Это же идиотизм был - от нас требовалось знать устав комсомола, знать историю партии. Господи, у мальчишек четырнадцати-пятнадцатилетних - смехота. Причём, как выяснилось, всё это потом - для меня, по крайней мере - оказалось враньём всё, что мы там зубрили... Ну, Генка вышел с комсомольским билетом, мы его поздравили и все побежали, пошли отмечать это дело. Как следует выпили по этому поводу... Если бы кто-нибудь нас поймал из начальства, то Геннаху тут же бы исключили, наверное, из комсомола. Но нет, никто не поймал. Значит, вот первым вступил Генка. Ну, потом остальные ребята вступили - а меня не принимали. Ребята ходили, за меня там ругались, а меня не принимали, нет и всё - ссыльный. Я был изгоем, все они комсомольцы - а я нет. И приняли меня в комсомол только в военкомате. Вот когда там были сборы разные, уже война вовсю шла - вот там меня приняли в комсомол. Причём приняли на ура, никто ничего и не спрашивал. Выдали комсомольский билет - и я с гордостью стал комсомольцем, как всё. Ну, как 99 процентов мальчишек, ребят и девчат...

 И вот началась война, и буквально через несколько месяцев мы с Борькой Панюшкиным остались вдвоём. Все ушли на войну, все из нашей компании! Сто процентов! Ирка Ледик ушла на войну, Васюня Щенникова ушла на войну... Все, кто ушёл на войну... Геннаха ушёл на войну, Лёвка Касперович ушёл на войну, Женя Смирнов ушёл на войну - меня не берут из-за того, что я ссыльный, Борьку не берут из-за того, что он хромой. А у него родовая какая-то травма была, и он хромой был, хромал. Не очень сильно, но не годился он в армию. Вот, мы остались с ним вдвоём. Вот, эта компания - вдвоём. Потом и я ушёл на войну, уже в августе сорок второго - я всё это уже рассказывал. И вот, вот эта 1-я школа, и вот эти ребята, о которых я рассказал - вот это на всю жизнь мои настоящие друзья. Они выручали меня в трудные дни, там, когда было голодно. Их мамы меня кормили, когда я был голодный... Да, трудно об этом вспоминать. Трудно. Мне очень трудно, у меня комок в горле, потому что я остался один, как у Высоцкого. Все его друзья, кто взлетел... Как там... как же у него там? "Кто взлетел навсегда - ну, а я приземлился. Вот какая беда, вот какая беда". И мучает меня это ужасно, я не устаю это сам себе повторять. Я один на сегодня жив. Никого нет. Геннаха выжил, был похоронен - похоронка на него пришла, я рассказывал - он выжил. Умер он в позапрошлом году, последний из нас, из нашей компании. Лёва пришёл с войны здоровым - умер от рака. Я был на его могиле в Куйбышеве. Боря Панюшкин не был на войне, он умер в Москве - я его хоронил... Федя Юферов не был на войне тоже... Но он не из нашей компании. Это потом, когда я вернулся с фронта... а его не брали в армию, он настолько был близорук, у него в школе были очки, такие стёкла толстые, он очень плохо видел, он без очков был слепой, поэтому его в армию не брали. Он окончил энергетический институт, стал доктором, профессором. Умер - вот уже несколько лет, мы с Лидой Ключерёвой его хоронили. А потом и Лидочка умерла от рака крови. Я на похоронах не был, на поминках был - дочка её позвонила, сказала, что мама умерла, приходите на поминки, на девять дней. Вот... Так что... Юрка погиб, Женька погиб - а я живу. А я живу. Вот, какая беда.

 Слепну, увы. Не могу читать. Для меня это самое страшное - что я не могу читать. Если ещё несколько месяцев тому назад я мог через четырёхкратную, через большую лупу что-то прочитать, написанное крупным шрифтом, целым, сантиметровым, то сегодня я даже через лупу с огромным трудом двухсантиметровые буквы могу прочитать, и одним глазом... Вот так вот... Ну, ничего, зато вы живы, здоровы, слава Богу, более или менее, все при деле. Мы переживаем хоть довольно тяжёлые времена, но по сравнению с тем, что пришлось на долю вот моего поколения - война, репрессии и всё это прочее - конечно, пока это всё значительно легче.

 Вот, что-то я расчувствовался, не могу забыть школу. Вот... Да, вот хотел рассказать - однажды у нас должна была быть то ли какая-то контрольная, то ли диктант по-немецки... Да, диктант по-немецки, а я-то плохо, хотя в Москве со специальной учительницей занимался, но ни фига не давался мне иностранный язык, и я этого Лёвку Львова попросил... а дверь нашего класса была прямо рядом с музыкальной комнатой. И я Лёвку попросил на урок меня в этой комнате запереть, где инструмент хранился, а на следующей... наверное, это был последний урок... нет! - а на следующей переменке меня выпустить. А он забыл! Урок кончился - никто мне не открывает. Я сижу в этой комнате, начался следующий урок - чего делать? У меня был перочинный ножик, я начал резать дверь, чтобы как-то открыть замок. Прозвенел звонок окончания уроков - и сразу шум-гам, я начал стучать в дверь - никто не обратил внимания. Все ушли домой. Школа закрылась, кончились уроки... Ну, вот, а я сижу в этой комнате... хе... уже в туалет хочу.

 Наконец, уборщица идёт - а я в замочную скважину всё время смотрю... Идёт уборщица. Я давай барабанить в дверь. Она подошла: что, кто, что? А я ей говорю: вот так и так, заперли меня тут по ошибке и, видно, забыли. А где же ключ? Да у Лёвки Львова... Вот, в общем, побежали к Лёвке домой - телефона же там нет, телефонизации не было никакой, тем более мобильной... Прибежали к Лёвке, он прибежал, открыл меня - и у меня в первый момент было желание ему морду набить, тем более, что он был моим соперником по отношению к Лидочке, а она с ним дружила почему-то, а не со мной. Она тоже на второй год осталась, кстати, но осталась в девятом классе на второй год. Вот так вот она попала в наш класс...