Одна жизнь - 267

Да, кроме того, ещё произошла такая вещь: я продолжал работать, а окончательным решением... они не могли меня просто так уволить, потому что я был номенклатурой ЦК. Моё назначение согласовывали с ЦК. Им нужно было получить добро оттуда. Вот... Они не были уверены, что получат добро, и вот почему: потому что был такой эпизод: на завод приехал Лёнька Морозов, с которым мы вместе учились в институте, но в разных группах, он - позже меня, но мы знали друг друга. И он был начальником сектора ЦК, в который входила резинотехника. Вот он приехал познакомиться с работой шинного нашего завода, и его водил по цеху вот этот самый Бойко. Я даже не знал, что Морозов приехал... И я иду по цеху - он меня увидал, говорит: "Ой, Володя, ты здесь работаешь?" Я говорю: "Да. Привет!". Значит, мы даже обнялись с ним. "Как? Отчего? Как вообще жизнь? Как Рита?" Ну, поговорили, постояли при этом Бойко, и Бойко понимал, что может получиться такое, что этот Морозов может заступиться, а для них, для секретаря горкома Морозов, начальник сектора ЦК КПСС - это же фигура Бог знает какая...

 И вот начался апрель. Мы сорвали, не выполнили мартовский план, шёл апрель, середина примерно апреля... Приехал к нам начальник отдела химии обкома партии... забыл его фамилию - но мы с ним были в хороших отношениях, на "ты" даже... (29-23) И он пришёл к директору как бы, с планом апреля - а у меня уже всё, я каждый день считал: апрель не будет выполнен, ну, он не мог быть выполнен просто.

 Позвали меня туда, к директору, он у меня спрашивает: "Ну, как быть с планом-то?" Не директор, а этот... начальник отдела химии обкома Волгоградского. Я говорю: "Не будет, знаешь, не будет в апреле плана" - "А директор говорит, что будет. Ты что же, против выполнения плана?" Ха, обстановочка... но просто страна тогда такая была... Я говорю: "Да нет, я не против, я - за, только не будет его, его не может быть! Если хочешь, я сейчас принесу расчёты" - "Да не надо мне твои расчёты, надо чтобы план был выполнен!" Я говорю: "Ну, раз директор говорит, что будет выполнен - что ж, я - за, буду помогать. Всё, я больше не нужен?" - "Не нужен". Я повернулся, ушёл.

 Это вот была последняя капля. Очевидно, был звонок в ЦК, очевидно, там в нужном для них свете я был представлен как противник выполнения плана - не знаю, я так думаю... И вскоре прислали на завод нового директора, Добрякова. Николая Дмитриевича Добрякова. Мы с ним были давно знакомы. Он пришёл на завод, его представили. Я... обо мне пока - молчок. Но на другой день из министерства пришёл какой-то приказ, по-моему... да, приказ о переводе меня на работу в филиал НИИРПа, Волжский филиал НИИРПа, не... не ** с работы. Там за что-то... А... О переводе... Я сейчас прочитаю, как написано даже в этой в трудовой книжке...

 Так вот, читаю, вот что написано в трудовой книжке. Читаю через лупу, поэтому медленно: "25 апреля 1966 года освобождён от работы по приказу Главрезинпрома и откомандирован в распоряжение Волжского филиала НИИРПа". Ну, и подпись... То есть министерство меня, что называется, в обиду не дало. Не уволили, а вот откомандировали, перевели. И вот когда этот приказ пришёл, меня с ним ознакомили, я расписался - ну, передал... - мне сказали, кому там - Цагоеву передал дела, тому самому Цагоеву, который подписал вместо меня эти мощности тогда... Ну, в общем, мне отомстили по существу, мне отомстили за то, что я тогда не подписал акт о вводе мощностей, это было совершенно ясно. А оно ещё больше прояснилось, сейчас расскажу, как. Закончу с Добряковым...

 И вот в этот вечер, в последний вечер, когда я уже уходил окончательно с завода, я Добрякову говорю: "Слушай, ты приходи вечерком ко мне - посидим, поговорим". А он был один ещё, без семьи. И вот мы сидим дома за столом, у нас дома - бабуля, он, я. На столе - водочка, конечно, закуска. И он мне говорит: "Эх, Володька! Жалко, что тебя сняли - мы бы с тобой так бы хорошо поработали!". Я говорю: "Да, конечно, жалко, но - что теперь сделаешь? Поработаешь с Цагоевым, тем более ты его знаешь..." - "Да что ты, какой Цагоев главный инженер!"

 Ну, посидели, поговорили, разошлись. Ну, остались в хороших отношениях, всё нормально. Я на другой день пошёл... А, нет, я ещё целый месяц не работал, отдыхал - потом пошёл в филиал НИИРПа, меня назначили начальником лаборатории, и я там, значит, остался работать... Да, вот когда этот приказ подписали, мне позвонил из главка Рапкин и Мелов, начальник главка - я уже и не помню. Да, Мелов, по-моему, позвонил, этот начальник главка и говорит: "Приезжай сюда".

 Я, значит, пошёл...