Одна жизнь - 255

 Ну, наконец, мы с ним получили квартиры в домах напротив. Вот, на одной улице - два дома напротив, пятиэтажные, стандартные, которые теперь называют "хрущобы". Получили квартиры - я получил трёхкомнатную, он - двухкомнатную.

 Я поехал в Черкесск за бабулей, Ирой и Влёхой. Приехал, значит, туда... Да, надо сказать такую вещь: что за то время, пока я там работал один, я уже, конечно, познакомился с начальником Волгоградгиперстроя, который строил завод, с главным инженером Волгоградгиперстроя, с начальником там участка. Со всеми у меня были отличные отношения. Так вот: главного инженера - я не помню его ни фамилии, ни имени, ни отчества, он недолго там был... А в Черкесске был филиал Волгоградгидростроя. Там строилась плотина в Джегуте - вот я рассказывал, как мы с директором ездили туда. И вот Волгоградгидрострой - у него филиал там был, который строил эту плотину на Кубани. И вот главного инженера переводили из Волгограда - из Волжского - в Черкесск. И мне в голову не пришло предложить ему поменяться квартирами! То есть он бы тогда в Черкесске жил в моей квартире, трёхкомнатный коттедж, а мне отдал бы свою здесь, в Волжском. А он же жил в старой части города, где были великолепные квартиры - там же были не пятиэтажки эти стандартные, а отличные квартиры с высокими потолками. Что-то мне это в голову не пришло. И когда я приехал за семьёй в Черкесск, вещи перевозить - и тут-то меня осенило: Господи, так ведь главный инженер этот здесь теперь главный инженер этого филиала, или даже начальник строительства. Я пошёл к нему - и только тут мы с ним разобрались, что он из Волжского переехал в Черкесск, а я из Черкесска переезжаю в Волжский, и что у него там до сих пор нет квартиры, а там, в Волжском, его квартиру уже кто-то занял... Ну, мы посетовали, что как-то не разговорились раньше на эту тему, и он мне говорит: "Вот чего, слушай: у нас тут на днях должен отправляться в Волжский большой самосвал. Давай, заплатишь, сколько это стоит - копейки - и все вещи на нём перевезут тебе, перевезёшь - всё. Ты напиши заявление...". Я написал заявление, он написал резолюцию, я пошёл в кассу, заплатил, сколько там это стоит - и мы всё приготовили, увязали, всё... И вечером всё погрузили на этот автомобиль - вот всю нашу мебель, которая и сейчас вот, старая - сервант, стол, вот всё это, шкафы книжные... ну, тогда у нас меньше было мебели, чем сейчас - погрузили на этот самосвал,и должны были рано утром выезжать. А бабуля с ребятами поездом должна была через несколько дней приехать, когда мы в квартире уже всё это расставим, чтобы это готово было. И ночью пошёл дождь - а у нас всё это открыто на машине, было сухо... Бабуля так переживала, всю ночь не спала, плакала... Вот у нас на серванте остались даже следы от дождя - а так ничего не испортилось. Рано утром я пошёл на завод, и мне дали брезент, чтобы всё это закрыть, который водитель этот, вернувшись обратно в Черкесск, должен был снова на завод сдать. Ну, так оно и произошло: мы всё это закрыли брезентом, завязали и в кабине поехали. Доехали до Элисты, в Элисте мы переночевали, прямо в кабине - покушали там в столовой, переночевали - и на другой день утром в первой половине дня уже были в Волгограде около подъезда дома, где на втором этаже была моя квартира. Мы с Робертом, который нас ждал уже, и с водителем разгрузили всё, занесли на второй этаж, в квартиру, мы с Робертом всё расставили по своим местам, всю нашу мебель, там у нас были диваны, на которых спали, там мы их не стали брать с собой - всё это, значит, расставили, как полагается... А, нет, диваны мы привезли, всё расставили. И я позвонил бабуле, что "всё, выезжайте".

 Ну, и через несколько дней они приехали в Волгоград, я их встретил, пришли домой, тут уже всё расставлено. Бабуле на удивление всё понравилось, как мы расставили. Конечно, если бы она была, то всё было бы по-другому, она же не может, так сказать, принять с первого раза всё. Но тут деваться было некуда, и у нас было всё хорошо, три комнаты там... Вот. Ну, через несколько дней... я вот сейчас не помню, когда это было, но это было летом. Ира пошла в школу, Вовка пошёл в школу - недалеко от дома. Ира пошла в первую школу, там на другом конце города, по-моему, уже в одиннадцатый класс она пошла, в последний... Да, наверное, в одиннадцатый... <в те времена была десятилетка - ММ>.

 Ну вот, а дальше бабуля пошла на завод, оформилась в технический отдел, ну, и вот мы продолжали работать. Потом наступили времена, когда, наконец, зеков оттуда убрали, заводоуправление нам освободили. Мы расселись по своим кабинетам, там уже была связь, у меня, например, стоял коммутатор, и я мог по прямой линии с любым начальником цеха связаться, больше того - я мог их связать между собой и слушать, и вмешиваться или не вмешиваться в их разговор громкоговорящий. Вот... Бабулю назначили начальником производственного отдела или... Да, производственного отдела она была начальником. Ну, вот я - главным инженером. Нам уже были кадры технические... отдел уже был, цех ремней уже, по-моему, работал к тому времени, продолжалось строительство остальных цехов: цеха формовой техники, цеха рукавов, там цеха крупногабаритных изделий, там подготовительного цеха, и так далее, и так далее, и так далее. Там ещё был корпус для автобазы <слышится АвтоВАЗа, хотя его тогда еще не было, и был он построен в другом месте - ММ>, потом корпус для изделий из этого самого... из Господи... ну, жидкого каучука. "Изделия номер два" - презервативов цех по изготовлению нескольких миллионов презервативов, резинку для трусиков, вот такую вот - цех такой строился. Всё это строилось - это была вторая очередь завода... или даже третья...