Одна жизнь - 241

 Ну, прилетел Назаров, мы с ним ночку посидели, всё это рассмотрели, разобрали, сделали, как нам удобнее докладывать и аргументировать, и я позвонил этой секретарше, что мы готовы, как бы пусть назначат. Она, видно, к нему зашла и через эту... "Подождите", - говорит, - "там минутку", потом говорит: "А вы сегодня можете?" - "Можем сегодня" - "Вот давайте там к такому-то числу, во второй половине дня".

 Мы подъехали к Госплану, пропуска на нас были заказаны, поднялись туда... Он нас тут же принял, встал из-за стола... Вот Милованов и вот Василенко - вот два человека, один - заместитель председателя Совета народного хозяйства России, другой - заместитель председателя Госплана. Вот как кто меня встречал, я вам рассказал. Значит, мы заходим с Назаровым, он встаёт из-за стола, идёт к нам навстречу, а мы идём к столу, он здоровается с нами за руку: "Садитесь". И пока мы не сели, он не сел. После чего он нажал кнопочку, сказал там: "Галина Ивановна..." - или как её там звали, я не помню, секретаршу? - "будьте добры нам чайку". Через несколько минут она принесла чай нам, а мы начали разговор. Значит, мы всё это ему изложили, что нам нужно - нужна в первом полугодии поставка вот такого-то оборудования. Ну, всего, в общем, того, что ещё не поставили в рукавный цех, перечень спецификаци. Сделали. Второе: нам нужно вот столько-то набрать трудящихся, значит, нам нужно средство на их обучение, на посылку их на действующие заводы, чтобы там обучались, нужно вот столько-то денег. Проектом это всё предусмотрено, в проекте деньги есть, но сейчас их невозможно просто истратить, пока цех не введён в эксплуатацию. Вернее, не осталось там определённого времени, когда можно их тратить там за несколько месяцев до эксплуатации, чтобы подготовить кадры. Ну, и так далее, перечислили, короче говоря, всё, что требуется. Он говорит: "Вы это всё можете мне оставить?" - "Да, конечно, мы специально для Вас сделаем, но нет никакой надежды на то, что...". Да, а Назарову я сказал: "И привези, пожалуйста, последние сведения о том, в каком состоянии строительство, и постарайся у начальника строительства ещё справочку взять для Госплана, когда они могут в ближайшее время ввести цех - закончить и ввести". Ну, такую справочку он, по-моему, не привёз, ну, мне кажется, не привёз, но он с начальником строительства поговорил, и своими словами рассказал, что тот сказал. Потом он мне перевёл это на русский язык, что тот сказал, чего, конечно, мы этому Василенко сказать не могли, мы ему всё это в вежливой форме представили. Он говорит: "Ну что ж, спасибо Вам большое, оставьте у меня всё это, я постараюсь сделать так, чтобы строительство было ускорено. Всё. Если у вас ко мне больше вопросов нет - всего вам доброго, желаю успехов". Встал, опять попрощался с нами за руку - ну, как... Вот, совершенно другой подход. Вот когда я был у Милованова, то чувствовал себя в каком-то напряжении. Нет, я был не в страхе, я никогда вообще начальства не боялся - я мог и ответить грубо начальству, и мог дверью хлопнуть, у любого начальства - но вот какое-то напряжение во мне было. А с Василенко - с первого момента, как он встал, на встрече поздоровался, я себя почувствовал так, как будто с товарищем разговариваю. Мы когда от него вышли - а Назаров вообще первый раз в жизни в эти сферы попал, у него вообще опыта общения с таким начальством не было, он говорит: "Какой человек, какой человек!" Он привык, если встречался там с местным начальством, с секретарём горкома там - совсем другое...

Ну, вот, значит, мои хождения по инстанциям на Черкесском заводе РТИ, потом...