Частичная победа.
Прошла неделя и я поехала за ответом к прокурору. Когда я вошла и поздоровалась, он сидел за столом. Увидев меня, он поднялся и стал сбоку стола, как и в прошлый раз. Я стою, смотрю на него и жду. Он говорит: 'Могу вас поздравить, следствие закончено, Зельман Карл Яковлевич оправдан за недоказанностью обвинения, через некоторое время он будет дома. Ждите. Можете гордиться отцом, он действительно заслуживает уважения.
Его сыну помочь невозможно. Он подписал предъявленное ему обвинение, на основании чего его осудили за КРД (Контр Революционную Деятельность) на 10 лет и он будет отправлен в лагеря. Можете ходатайствовать о пересмотре дела. Ждите его первого письма'.
Шел май 1938 года. В теплый солнечный день пришел домой папа, держа на руке зимнюю доху. Выглядел он уставшим, но улыбался радостно: 'Вот я и дома! Здравствуйте!'
Кто сделал донос.
Рассказал, что первым встретившимся в поселке знакомым был Рябцев. Тот остановился, протянул руку и громко поздоровался: 'Здравствуйте, Карл Яковлевич!' Папа ответил: 'Не с каждым здороваюсь!' Руки не подал. Нам он рассказал, что когда папу в последний раз вызвали в контору для вручения документа об освобождении, ему дали прочесть донос на него. В нем сообщалось, что Зельман К.Я. немецкий шпион, тайно перешедший границу из Латвии в Россию в 1912 году, что на имевшейся мельнице держал много наемных работников, недоволен Советской властью и агитировал против госзаймов. Подписали донос секретарь парткома Сорокин Ф.В. и председатель завкома Рябцев В.
Свободное копирование
