Первые шаги. Одесса, Баку, Владивосток - 12

Как очень многие грамотные люди, живущие в России, папа привык обсуждать насущные вопросы жизни, изменения в политике государства, делать выводы об их целесообразности и т.п.

У папы были демократические взгляды. Он любил читать и сочувствовал героям Чехова, Куприна, Достоевского, Толстого, Короленко. Вначале он сочувствовал революции, но террор, который он наблюдал по отношению к многочисленным слоям населения, не вызывал к него сочувствия. Не нравилось ему негласное требование любить советскую власть, не нравилось отношение к крестьянству, насильственная коллективизация, упразднение НЭП"а, репрессии, которые начались уже в конце 20-х и начале 30-х годов. Папа честно работал, добросовестно обучал студентов, никогда публично не высказывал своего мнения, но в частных разговорах мог иногда высказать то или иное суждение. Я слышала его мнения дома, в разговорах с сослуживцами или соседями: сдержанно, двумя-тремя словами. Он не пропагандировал свои взгляды, но и не находил нужным их скрывать. Я уже училась в 9—ом классе.

В самом начале учебного года в школу пришло распоряжение из Горнаробраза направить несколько хороших учеников 9 класса не две недели в школу на Эгершельде для проведения занятий со школьниками младших классов. Я попала в число учеников, направляемых на педагогическую работу. Педагогическая работа мне понравилась. Ученики отнеслись ко мне хорошо. Я попала в 3-ий класс. Мне выдали учебники 3-го класса, я задавала задания ученикам, сама готовилась, и на следующий день обсуждала изученный нами материал. Не скажу, что была идеальная дисциплина, чаще всего был рабочий шум, но всё же ученики усваивали материал. Я старалась дополнить содержание учебника новыми примерами, рассказывала дополнительно то, что знала по данному вопросу. Занятия 3-го класса проходили в химическом кабинете, в нём стояли шкафы, заполненные реактивами, как оказалось, не запертыми на ключ, и однажды, когда я на перемене вышла из класса, два моих ученика забрались в шкаф, достали кусочек металлического натрия или калия и опустили его в чернильницу, где были чернила. В начале урока произошёл взрыв.

К счастью, никто не пострадал. Неприятных последствий не было, т.к., помещая учеников в химический кабинет, дирекция должна была проверить хотя бы, закрыты ли шкафы. Вместо 2-х недель работа в школе продолжалась 1,5 месяца. Работала я до 12—13 часов. Потом шла в школу на 2—ую смену. Иногда пропускала первые часы второй смены. Я ощутила интерес к педагогической работе. С годами он развился, в дальнейшем мне пришлось работать как в средней, так и в высшей школе, но об этом позже.