На фото: Режиссер П.И. Чардынин
Во время войны, в число крупных кинопроизводственников в Москве включился неожиданно Д. И. Харитонов. У него в Харьковском районе было большое прокатное дело, составившее ему в течение нескольких лет солидное состояние. Он был владельцем огромных складов картин в Харькове и прилегающих к нему районах, кроме того, ему принадлежал большой кинематограф "Аполло", находившийся в центре Харькова, в собственном пятиэтажном доме.
Решив заняться постановкой картин, он стал искать себе опытного режиссера, который сумел бы развернуть дело. Выбор его пал на П. И. Чардынина, о чем Харитонов в одной из бесед со мной откровенно, но совершенно секретно, заявил.
В то время у нас в ателье царила мания новых исканий, а Чардынин, поставивший за свою многолетнюю службу добрую сотню разных картин, считался хорошим, полезным режиссером, но человеком "без выдумки"; он не мог дать уже ничего нового, оригинального.
Когда Харитонов обратился ко мне со своей наивной просьбой "уступить Петра Ивановича", он не вызвал во мне возмущения и не получил категорического отказа. Я ответил ему, что Чардынин много сделал для нашей фирмы, что отказать ему в работе я ни за что не соглашусь. Но если он, Харитонов, сумеет Чардынину предложить выгодные условия, а Чардынин пожелает уйти на новую работу, то с моей стороны не будет никаких препятствий.
Харитонов не поскупился, Чардынин соблазнился, а я... согласился. Дело было сделано.
Переход Чардынина от Ханжонкова к Харитонову произошел без малейших конфликтов, что в кинематографии бывало редко.
Дело свое Харитонов с Чардыниным повели очень умно – без всякого риска. Ателье на Лесной улице, около Тверской заставы, было построено по плану "ханжонковского" на Житной. Артистов решили новых не привлекать, а использовать старых, уже завоевавших себе репутацию на кинорынке.
Таким образом, оказался у Харитонова премьер Тимана – знаменитый Максимов, а затем, не менее знаменитые Холодная с Полонским. Последнее было для меня тяжелым ударом. Холодная и Полонский на второй год своей работы в акционерном о-ве уже получали такие оклады, о которых до прихода в кинематографию и мечтать не смели. Месячный гонорар каждого из них был равен годовому гонорару среднего театрального актера.
Харитонов, как я узнал об этом впоследствии, сделал им предложение, которого они никак не ожидали: он предложил "Царь" по посмертному произведению Л. Н. Толстого. По цензурным условиям сценарий был назван "Пан Аггей".
Свободное копирование
