31 мая я вернулся домой в полночь после осмотра председателя облисполкома.
А в четыре часа 1 июня подали машину, нагрузили вещи, и я, провожаемый дежурным персоналом больницы и главным врачом Ялиным, последний раз покатил по такой знакомой и изъезженной мною дороге.
Вот твердыни бывшего монастыря, музей, сквер, собор Дмитрия Солунского в лесах. Красавец Успенский собор с полусферами куполов и греческими крестами… Золотые ворота…
Щемило сердце. Все это стало дорогим. К этой старине так тянулась вся моя душа…
Ну, вот и Ямская слобода. Церковь, где венчался Герцен с Натальей Александровной… Теперь это лагерь для пленных немцев… Проволока, часовые. Но я не хочу видеть этого… Я вижу былое… А вот и застава… Лес… Мчится машина… Какое знакомое шоссе… М.А.Кузмин говорит: «Сами поступки ничего не значат, а важны причины, их породившие, а главное — люди». Это неправда. Важны и поступки. Я вот был волен поступать так или иначе… И вот, будто теперь впервые я начинаю понимать, что поддался чувству и еду, сам не зная, куда и зачем…
А машина мчится… Вот поворот и на Ставрово… Здесь сбил меня «Студе-Беккер»… За последние годы я слишком привык чувствовать себя нужным. Быть на вершине гребня работы и… вот я ничто… Ведь мне даже и не ответили из Тарусского райздравотдела… на мой запрос о возможности получить работу… Это мне-то, «из-за которого спорили города»…
А машина мчится… И растет расстояние между мною и Владимиром…
Воркуют голуби, светит солнце,
Когда увижу тебя, любимый город!
Свободное копирование
