В Чкалове — Оренбурге - 53

3 июня. Москва. «Мои милые. Надолго ли, но настала мирная и покойная жизнь. Мы уже месяц живем в своем углу. Последнее время на Вспольном было очень тяжело. Не было газа, электричества, воды, дрова кончились, не было спичек. Ночами, когда бывала тревога, так даже гасик нечем было зажечь. Все страшные минуты скрашивались близостью дорогих людей. Начнется, бывало, тревога, я впотьмах натягиваю на себя шубу и ощупью пробираюсь, считая ступеньки, вниз к Вове. Там горит маленький ночник. Мирно спит в колясочке малыш, а я сяду на стульчик у печки и дремлю или раскладываю с кем-нибудь пасьянс. Девочки же мои совсем не поднимались и ворчали на меня, что я впотьмах хожу туда-сюда. С едою было жутко тяжело. Теперь немного отдышались. Вы не беспокойтесь, родненькие, о нас. У каждого своя судьба. В Москву не торопитесь возвращаться. Я что-то затосковала о провинции — ближе к природе там и к простым людям. Не нравятся мне люди Вашей Москвы. Крепко целую, Люба».