Прошел с год, Матвей мой стал поговаривать, что он хочет снять квартиру, пускать жильцов... Я с болезненным изумлением взглянул на него.
-- Ты хочешь покинуть меня! -- почти горестно воскликнул я.
-- Теперь нет-с, нет! -- заторопился он говорить, -- а вот к осени, барин, отпустите меня (это было в апреле)!.. -- Он так жалостно просил. -- К осени приказчик мне вышлет отпускную, когда я деньги пришлю в контору, не все, половину, а другую после... У меня еще пятьсот останется, -- таинственно прибавил он.
Я вздохнул.
-- Что ж делать -- простимся! -- сказал я.
-- Я вам другого поставлю, барин, такого же...
-- Нет, Матвей, такого мне не найти!..
Тут он поведал мне неожиданную весть, что у него есть женщина на примете и что она непрочь за него замуж...
Я не дослушал и встал в изумлении с кресел.
-- Ты... жениться хочешь?.. Неправда!..
Я не договорил и закатился хохотом.
И он показал десны.
-- Правда, барин, правда... -- заторопился он и будто застыдился.
-- Ты -- семейный человек, с женой, с детьми... -- Я опять захохотал.
-- Бог сними, с детьми! Какие, барин, дети: стану ли я таким пустым делом заниматься! Это баловство, тьфу!
Он пошел, плюнул в угол и воротился.
-- Она почти старушонка! -- прибавил он.
-- Тебе-то что за охота связать себя!
-- У ней деньги есть, -- шопотом говорил он, -- говорят, за тысячу будет и больше, две может быть. Она знает, что и у меня тоже есть... Мы будем вместе дела делать: снимем большую квартиру, кухмистерскую откроем, жильцов пустим. Залу станем отдавать под свадьбы, под балы... Как наживемся -- страсть! Вот, барин, без хозяйки этих делов нельзя делать.
Свободное копирование
