22 июня
Я пошла сегодня на радио и видела Раю Кузьминскую. Я сказала: — Рая, вы знаете Майкла много лет, объясните мне его. Он стал мне непонятен. Последнее время мне с ним грустно, и все кажется, что есть какая-то ложь. Он говорит одно, а делает непонятное. Но мне не хочется зря его обижать, если он просто «псих».
Рая сказала:
— Зимой он бывал у нас с одной девушкой из своего отдела. Ее зовут Клава. Она толстая, скучная, ей двадцать три года. Он как-то сказал мне: пожалуй, хорошо бы на ней жениться. О вас ничего не говорил. Он псих, у него тяжелый характер. Завтра я позвоню вам.
Я пришла домой, написала ему: «Не приходите. И не звоните больше. Может быть, я позвоню вам насчет грамзаписи». (Алеша говорил, что может устроить нам запись, у меня хоть грампластинка осталась бы. Этого мне очень хотелось бы!) Взяла гитару Майкла, положила в футляр две его рубашки — он просил воротник перешить — и отнесла в гостиницу «Москва», где он сейчас живет, отдала дежурной по этажу для него. Мне грустно очень!
Свободное копирование
