30 мая
Зуб болит до ужаса. Пошла в Музгиз. Заплатят тысячу рублей. Даже не удивилась! Счастлива. Там встретила Мишу Сидрера. Он рассказал мне две «мопассановские» истории из нашего быта. Женщины, очевидно, просто осатанели без мужчин, если бросаются даже на Мишу Сидрера, на этого маленького уродца!
Пили чай с Аленочкой на кухне. Кухня без бабки стала чистенькой и милой, а Алена вообще умеет быть ужасно славной. Она свою комнату вчера так хорошо убрала, просто прелесть. Мыс ней вечерами теперь сидим вместе и пьем чай, она мне рассказывает или поет, уютно бывает. Майкл ушел, и пришла Ритка Райт, умная и талантливая. У нее муж как чугунные гири — подводник. Она убегает от него и Киски-дочки то ко мне, то к Пэгги Вешлин, с которой я ее подружила. Рита твердит, что она мой исповедник — падре Рита.
Алена ей вчера говорит:
— Мама — божья коровка, или нет — одуванчик. Но мама н е легкомысленная!
Только не люблю, когда Рита начинает приставать с расспросами. Это она любит. Особенно про Артура. Я познакомила ее с Доротеей — в них есть что-то общее. Обе одинаково несчастны, бедняжки. Я чего-то в них не могу понять, словно обе они лгут мне.
Свободное копирование
