18.03.1915
Париж, Франция, Франция
Четверг, 18 марта 1915 г.
Мильеран прочитал в совете министров письмо, посланное ему вчера Жоффром. "С 4 сентября, кануна битвы на Марне, -- пишет главнокомандующий, -- инициатива в стратегических операциях беспрестанно принадлежала французским армиям. Маневр, последовавший за нашей победой, имел целью продвинуть наше левое крыло до моря, протянуть руку помощи бельгийской армии, запертой тогда в Антверпене, и, наконец, зайти, в тыл правого фланга противника. Из этих целей первые две были достигнуты. Благодаря прибытию новых корпусов, которые удалось сформировать немцам, последние оказались в состоянии парировать наше обходное движение, но, с другой стороны, они не были в силах отбить наше левое крыло. После окончания сражения во Фландрии мы предприняли ряд операций в районах, выбранных нами по тактическим соображениям. Конечной целью этих операций было разбить линию укреплений, построенную немцами, прорвать ее в таких направлениях, в которых возможно было бы стратегическое использование успеха. Для такого дела требуются мощные средства. Я остаюсь при убеждении, что оно необходимо и осуществимо. Предпринятое нами наступление, в Шампани, так же, как атака англичан между каналом Бассе и Лис, является лишь одной фазой в этом генеральном плане, который я буду продолжать до конца.. Однако я считаю, [520] что в настоящий момент необходимо изменить характер предпринятых здесь операций, а именно по следующим соображениям: а) неприятель значительно увеличил свои силы на нашем фронте; б) определенное утомление наших войск не позволяет более, несмотря на весь их пыл, продолжать непрерывно операции с прежней силой; в) наконец, у нас был большой расход снарядов. В будущем мы будем располагать все растущими контингентами и материалами, это даст нам больше шансов на успех. Будут приняты все меры для того чтобы упрочить и округлить результаты, достигнутые в Шампани, базе наших будущих операций, а также для того, чтобы пополнить наши резервы и приготовить в скором времени ряд мощных операций. Когда настанет время, та или иная из них будет проведена со всей той скоростью, которую позволяют нам наши транспортные средства, и в величайшей тайне, что, безусловно, необходимо, чтобы застать неприятеля врасплох. В ожидании этого я буду продолжать мелкие операции и начинать новые, тоже мелкие, операции, при этом преследуется цель поддержать дух армии и страны, занимать внимание неприятеля во второстепенных направлениях и таким образом помешать тому, чтобы инициатива перешла в его руки... Использование новых английских подкреплений, а главным образом новых частей, формируемых теперь в тылу, расширение производства снаряжения в признанном необходимым размере постепенно дадут нам возможность прибегать к комбинированным операциям нескольких армий. Я убежден, что эти операции принесут нам окончательные победы, которых мы должны добиваться и достигнуть на нашем главном театре военных действий помимо целей, преследуемых дипломатическим путем и экономической борьбой".
К этому письму были приложены весьма оптимистичный рапорт о наступлении в Шампани, а именно об атаках 1, 2, 4, 12 и 17-го корпусов и колониального корпуса, сводка расхода снарядов в 4-й армии за время с 26 февраля по 15 марта и перечень потерь. Израсходовано 1 094 513 снарядов 75-миллиметровых, 31 706-90-миллиметровых, 23 404 снаряда к дальнобойным орудиям -- 120-миллиметровых, 14 554 к дальнобойным орудиям -- 105-миллиметровых и т. д. 326 офицеров [521] убиты или пропали без вести; ранено 382 офицера. 14 659 солдат убиты или пропали без вести, 21 923 -- ранены. При чтении этих документов ряд министров находит новые проекты главнокомандующего неясными и иллюзорными. Правительство предлагает мне пригласить Жоффра для получения от него более подробных указаний. Решено было, что в воскресенье в Елисейском дворце состоится завтрак с присутствием Жоффра и министров, где Жоффра будут просить изложить нам свои планы более конкретно.
Рибо выступил сегодня в палате с финансовым экспозе, составленным с большой четкостью и ясностью. Речь его удостоилась чести быть расклеенной по всей стране. Кто помнит теперь, что в прошлом году кабинет, возглавляемый Рибо, был свергнут при первой встрече с парламентом? Это было до войны. То был другой век .
Русский император пригласил Палеолога посетить фронт. На границе Литвы и Польши Палеолог вел разговоры с Николаем II, Сазоновым, генералом Янушкевичем и Великим Князем Николаем Николаевичем (Петроград, No 426 и сл.). Царь и его министр иностранных дел заявили нашему послу, что предоставят нам полную свободу действий в Сирии и Киликии, но что Россия никогда не согласится отдать Иерусалим, Галилею, Иордан и Тивериадское озеро под протекторат католической (очевидно также и протестантской) державы. Генерал Янушкевич описывал в мрачных красках положение русской армии. Великий Князь Николай Николаевич, которого Палеолог нашел исхудавшим, поседевшим, с искаженными чертами лица, повторил, что немедленное сотрудничество Италии и Румынии было бы "в высшей степени цепным", он даже подчеркнуто прибавил: "и настоятельной необходимостью" . Как согласовать столько дипломатических требований с такой военной скудостью? Как согласовать мнение Великого Князя с сопротивлением Сазонова?
{50} Разговор Палеолога с Николаем II в ставке верховного главнокомандующего 16 марта 1915 г. передан самим Палеологом иначе, а именно: "Усадив меня рядом с собой, он обращает на меня взгляд сочувствующий и внимательный: "Теперь я вас слушаю".
Тогда я излагаю ему всю программу цивилизаторской деятельности, которую Франция намерена предпринять в Сирии, в Киликии и Палестине. После того как он заставил меня показать ему подробным образом на карте области, которые таким образом перешли бы под французское влияние, он заявляет мне: "Я согласен на все ваши предложения".
Обсуждение политических вопросов окончено. Император встает и ведет меня в другой конец кабинета, к длинному столу, где развернуты карты Польши и Галиции. Указав [774] мне общее распределение своих армий, он говорит мне: "Со стороны Нарева и Немана опасность отвращена. Но я придаю большое значение еще операциям, которые начались в районе Карпат. Если наши успехи будут продолжаться, мы скоро овладеем главными перевалами, что нам позволит выйти на венгерскую равнину. Тогда наше дело получит более быстрый ход. Идя вдоль Карпат, мы достигнем ущелий Одера и Нейссы. Оттуда мы проникнем в Силезию".
Затем Палеолог передает свой разговор с главнокомандующим: "Великий Князь принимает меня в обширном и комфортабельном кабинете, устланном медвежьими шкурами и восточными коврами. Со своей обычной откровенностью и решительностью он говорит мне: "Я должен побеседовать с вами о важных вещах. Это не Великий Князь говорит с господином Палеологом, это главнокомандующий русскими армиями официально обращается к французскому послу. В качестве главнокомандующего я должен вам заявить, что немедленное содействие Италии и Румынии является настоятельной необходимостью. Не толкуйте все же эти слова, как вопль отчаяния. Я остаюсь убежденным, что с божьей помощью мы победим. Но без немедленного содействия Италии и Румынии война продолжится очень долгие месяцы и будет сопровождаться ужасным риском".
Политическая сущность торга и обмена проливов на "святые места" передана с протокольной точностью в поденной записи министерства иностранных дел за 16 марта 1915 г.: "Французский посол прибыл в ставку прямо к высочайшему завтраку, после которого удостоился приема у Его Величества. Оказалось, что возложенное на него поручение заключалось в следующем: Франция изъявила готовность согласиться на осуществление наших пожеланий в отношении Константинополя и проливов при условии, чтобы мы, в свою очередь, согласились на присоединение к Франции Сирии и Киликии. При этом возник вопрос о том, следует ли считать Палестину входящей также в пределы Сирии, как утверждал это Палеолог, или нет. Об этом был оживленный спор между французским послом и министром, к которому первый пришел тотчас после приезда у Его Величества. [775] С. Д. Сазонов указывал Палеологу на невозможность для нас согласиться на переход гражданской власти над святыми местами из рук нейтральных турок в руки христианской державы, неизбежно отдающей предпочтение одному из вероисповеданий. Он предсказывал послу значительные затруднения на этой почве не только с нами, но и со всеми другими народами, как, например итальянцами, американцами и др. На возражение посла, что в случае разногласия в чисто религиозных вопросах мы можем иметь дело не с французским правительством, а с римским папой, С. Д. Сазонов отвечал, что это для нас менее всего допустимо. Палеолог предлагал разные формулы, оговаривающие, что в отношении святых мест между русским и французским правительствами должно будет быть заключено впоследствии соглашение на почве сохранения порядка, установленного берлинским трактатом. С. Д. Сазонов сослался на необходимость тщательно обсудить этот вопрос и, заявив о нашем согласии на осуществление пожеланий Франции в отношении Сирии и Киликии, оговорился, что в отношении святых мест он даст ответ лишь по изучении вопроса. Вместе с тем он телеграфировал в тот же день в Париж, чтобы проверить, действительно ли утверждения посла о требованиях Франции относительно святых мест соответствуют видам французского правительства.
В 4,5 часа французский посол был принят Великим Князем Николаем Николаевичем в присутствии генерала Янушкевича. Как Палеолог впоследствии признался, он был крайне встревожен неожиданным пессимизмом, обнаруженным при этом верховным главнокомандующим, который, по-видимому, сказал послу, что он не видит возможности перейти в скором времени в решительное наступление и придает первостепенное значение помощи Италии и Румынии. Правда, посол отметил, что таковое настроение Великого Князя мало соответствовало высказанной в тот же день государем императором спокойной уверенности в конечный успех союзников. Тем не менее слова верховного вождя русской армии произвели на Палеолога крайне неблагоприятное впечатление, которое лишь несколько рассеялось под влиянием [776] лиц, ближе знающих Великого Князя и указавших послу, что благодаря крайней впечатлительности его императорского высочества не следует придавать чрезмерного значения его минутному настроению.
19.09.2023 в 06:44
|
Свободное копирование
