Семидесятые. Записки максималиста - 309

22 января.

Узнал, что Лидия Корнеевна Чуковская, шестидесятилетняя полуслепая одинокая женщина, один из старейших членов Союза писателей, из СП исключена. Послал ей письмо:

«При последнем нашем телефонном разговоре Вы жаловались на свое зрение. Между тем недавние события Вашей жизни, подробности о которых только что до меня дошли, свидетельствуют о том, что в нашем профессиональном сообществе Вы одна из немногих обладаете абсолютным зрением, одна видите подлинный цвет и реальные формы окружающего мира, одна противостоите атаке батальона слепцов.

В 1925 году, когда мой литературный герой профессор-хирург В.Ф.Войно-Ясенецкий (он же епископ Лука) отбывал очередную ссылку, физиолог Иван Петрович Павлов написал ему в Туруханск: «В тяжелое время, полное неотступной скорби для думающих и чувствующих, чувствующих по-человечески, остаётся одна жизненная опора — исполнение по мере сил принятого на себя долга. Всей душой сочувствую Вам в Вашем мученичестве. Иван Павлов». Я не нахожу, дорогая Лидия Корнеевна, слов более точных, чтобы выразить свои сегодняшние мысли о Вас. Примите это письмо как знак моего глубокого к Вам уважения и неизменной преданности»

Говорят, выступая на секретариате московского отделения Союза писателей, она поблагодарила членов секретариата за честь: ее поставили в один ряд с Пастернаком, Ахматовой, Зощенко, Солженицыным, Галичем, со всеми теми, от кого СП «очищал» себя за эти годы. Она сказала, что верит: если не следующее поколение, то через поколение одна из главных площадей Москвы будет именоваться площадью Солженицына, именем поэта Галича будет названа улица. «И переулок Максимова!» — выкрикнул кто-то из сатрапов.