Семидесятые. Записки максималиста - 297

27 декабря.

Лекция член-корра АН СССР Андрея Петровича Капицы, председателя Дальневосточного научного центра.

Капица, крупный благообразный господин с плешью, объехавший полмира, производит впечатление в общем очень среднего человека. Темперамент в речи выявляется очень слабо, не чувствуется даже, что его сколько-нибудь волнует то, о чем он говорит. Между тем факты, приведенные им, вопиют. На 3,5 млн. кв. км Дальневосточного края там живет 5 миллионов человек. 80% — в городах. Людей остро не хватает во всех областях производства и обслуживания. Удвоить это число жителей удастся едва ли даже к 2000-му году. В конце 50-х годов с Дальнего Востока началось настоящее бегство, после того как власти отменили для края так называемые «северные» привилегии и надбавки. Денежные привилегии несколько лет спустя возвратили, но люди на Дальний Восток уже не поехали. Все хозяйство края ведется по принципу как бы побольше выкачать. Капица, хотя и с оговорками, но сам назвал характер хозяйствования в крае колониальным. Вывозится сырой продукт, ввозятся только средства для эксплуатации и добычи этого сырого продукта. Капиталовложения в край чрезвычайно малы, недостаточны. Каждый год в Москве принимаются решения о развитии края, Но ни одно из них не выполняется. Край, прежде всего, нуждается в дорогах — их не строят. Из-за этого эксплуатация, например, лесных богатств идет только рядом с железной дорогой. Леса-кедрачи Приморья (знаменитая дальневосточная тайга) вырублены на сотни километров, а северные леса переспевают, гниют, и до них не доходят руки. Такой же хищнический характер носит лов рыбы. Капица говорит, что через 5-10 лет рыбы на Дальнем Востоке вообще не будет. Уже сейчас 40% рыбы вылавливают отечественные рыбаки на шельфах США, Австралии, Японии, Африки. Если эти страны запретят лов (а это, очевидно, произойдет в ближайшее время), то мы сразу потеряем половину уловов. Рыбаки ловят что ни попадя, не слушая никаких советов ученых, вылавливая молодь, и т.д. С китами уже разделались окончательно: суда китобойного флота поставлены на прикол. Если даже с этого года перестать быть китов полностью, то поголовье их не восстановится, ибо популяция китов так разрежена массовым убоем, что у кита сегодня очень мало шансов встретить в океане другого кита на предмет оплодотворения.

Дальний Восток страдает также от недостатка энергии. Нефть возят туда по транссибирской железной дороге из Сибири, и нагрузка на железнодорожную линию достигла уже своего предела. Сахалинской же нефти недостаточно. (Подозреваю, что она целиком идет на военные нужды — М. П.). Лучшим вариантом разрешения энергетического кризиса на Дальнем Востоке Капица считает использование энергии природных горячих источников (гейзеров). Но уже 34 года дальневосточные власти просят Москву сделать серьезные вклады в эту многообещающую область (из недр земли идет готовый мятый пар, [вероятно, ошибочное использования понятия «мятого», т.е. отработанного пара, уже прошедшего через турбину] который прямо можно пускать в турбину) Но Москва на расходы такого рода не идет. Надо брать высокие t с глубины 3 км, а мы берем с глубины 500 м, где значительно более прохладные воды. Даже Мексика обогнала нас в использовании энергии природных горячих вод и подземного пара.

Мысль о том, что кремлевские власти не хотят вкладывать деньги в капитальное строительство на Дальнем Востоке, а предпочитают использовать край хищнически, прошла через весь доклад почтенного географа. И хотя он рассказал потом о 15 новых научно-исследовательских институтах и о своем центре, но у слушателей осталось ощущение, что главное ядро доклада все-таки состояло в живописании хищнического характера нашего хозяйствования на Дальнем Востоке.