Семидесятые. Записки максималиста - 241

27 февраля.

Ю. Ким, молодой талантливый поэт, композитор и исполнитель своих песен, был по телефону вызван в тюрьму, где сидит его тесть Петр Якир. Состоялась беседа с Якиром, а затем со вторым подследственным Красиным (еще один «профессиональный революционер»). Беседа шла в «непринужденной обстановке», кагебешников видно не было. Якир, мрачно, не глядя в глаза своему зятю, а Красин напористо, полностью войдя в свою роль, заявили Киму о своих «достижениях». Они договорились с КГБ, что никто из тех, кто делал все эти годы Хронику текущих событий, не будет арестован, если будут выполнены следующие условия: 1. Хроника перестанет выходить (28-я Хр. на днях появилась на свет, невзирая на все угрозы); 2. Если ее издатели, которые теперь уже все известны, дадут откровенные и полные показания об этом издании, о корреспондентах и т.д.; 3. Если прервутся все связи с иностранцами. Если же условия не будут приняты, то начнутся массовые аресты. О том, что аресты будут массовыми, Якир и Красин, естественно, хорошо знают. Ведь это они выдали на допросах всё и всех, кого знали.

Ким спросил Петра, как же принимать такие условия: ведь, люди, давшие слово, могут и уйти, исчезнуть из этого учреждения, а показания, протоколы останутся. На что оба «революционера» заявили, что они твердо обо всем договорились, никто не будет арестован, никто не будет наказан.

Итак, через сто неполных лет, мы снова вернулись к ситуации, которая возникла в среде «Народной Воли», когда Дегаев и Гольденберг выдали всё движение, ибо им твердо было обещано, что признания их послужат лишь к мирному разрешению конфликта между Народной Волей и правительством. Дегаевщина 1973 года еще пошлее, еще более бессовестна и жалка, чем та, что была сто лет назад. КГБ держит в руках заложников и угрожает арестами невинных, если будет выходить разоблачительная Хроника. Поразительно, как же власти напуганы этими разоблачениями, если затеяли такую возню вокруг! А «революционеры», которые могли бы сто раз прочитать, чем кончилась дегаевщина XIX века, снова лезут в петлю и тащат за собой других. Вот когда палачи и жертвы стоят один других!

Народная воля рухнула, оставив после себя кровавое пятно, которое не отмыто и до ныне. От этих же Якиров и слизи не останется.

Читаю «Исторический путь православия» американского богослова А.Шмемана [Александр Шмеман — американский русский богослов (1921-1983), священнослужитель Православной церкви Америке, протопресвитер, автор ряда книг]. Книга чистая, светлая, искренняя, но, Боже мой, сколько грязи, крови, гнусности накручено вокруг Христа. Игорь Хохлушкин говорит, что истинность Христовой правды подтверждается тем, что она существует, несмотря на низменность тех, кто ей служит или тех, кто с нею борется. Но я читаю, и все время сквозь светлую, чистую ткань шмемановского повествования о духе проступает для меня другая книга на ту же тему: Данем «Герои и еретики». У Данема грязь и кровь уже ничем не оправданы, просто таковы формы, в которых любой институт, любая партия пытается сохранить себя. Кто же прав? Тот, кто в луже видит грязь или тот — кто звезды?