* * *
Уже пять дней я в Питере. Был в Смольном, где жизнь кипит. Масса представителей с фронта -- солдаты, много рабочих, снующих по различным комнатам, получающих литературу, указания, советы. Много говорят по поводу июльского выступления; большевиков ругают, но в то же время признают, что сейчас Петроградский Совет имеет более революционный вид, чем раньше, там почти обеспечено большинство за большевиками.
В Таврическом дворце попал случайно на заседание исполкома Совета рабочих депутатов. Делал доклад Громан о положении в стране с продовольствием. В большом зале, где раньше заседала Государственная дума, три четверти мест пустуют.
Больше оживления в кулуарах, где люди обсуждают положение на фронте, введение смертной казни и прочее.
-- Что же поделаешь, -- говорит один из членов Совета, одетый в форму военного врача, -- мы должны продолжать войну в единении с союзниками. Союзники требуют, чтобы фронт был дисциплинирован, а дисциплину без крупных репрессий не восстановишь. Вся ставка на смертную казнь.
Потолкавшись по общественным организациям Петрограда, я собрался ехать обратно на фронт, ничего не получив путного от этой поездки. Перед отъездом зашел на Путиловский завод повидать [352] брата. Он на этом заводе уже тридцать лет. Оказалось, брат меньшевик. Несколько рабочих вели ожесточенный спор.
-- Большевики правы, -- говорили одни. -- А меньшевики и эсеры ведут нас по указке союзников; надо гнать их в три шеи.
-- Большевики -- немецкие шпионы, -- говорил брат Николай, -- было официальное извещение. Я слышал доклад следователя по важнейшим делам в Совете рабочих депутатов: все нити в руках.
-- Врут они, все эти ваши следователи по важнейшим делам. Что это за следователи? Откуда они взялись? Раньше были прихвостнями у царя, а теперь товарища Ленина за контрреволюционера представляют.
-- Надо скорей Учредительное собрание созывать, оно решит вопрос об отношении к войне.
-- Учредительное собрание, очевидно, провозгласит демократическую республику, как во Франции и Америке, -- сказал я.
-- Нет, извините, господин офицер, нам такой республики не надо. Нам нужен контроль над производством, нам нужно национализировать предприятия, а не делать хозяевами предприятий теперешних владельцев. Власть мы должны установить свою, а всех этих Милюковых, Гучковых гнать в три шеи! -- возражал Николай.
-- У нас нет опыта управлять государством.
-- Ничего, управимся. Подумаешь! Что ж, они родились, что ли, министрами? Только потому, что у них мошна толста, и в правительство попали. К черту гнать их оттуда!
Свободное копирование
