Находясь в Чехословакии, мы, казалось бы, должны были интересоваться состоянием их медицины, наладить контакты с их лечебными учреждениями. Этого у нас почему-то не произошло. То ли мы сильно заняты, то ли не любопытны, да и особой надобности в этом не было. Организация медицинского обслуживания их населения та же, что и у нас. У них лучше налажено материальное обеспечение лечебных учреждений. Они не стесняются покупать на Западе новейшее медицинское оборудование и современные медикаменты. Перепадает при этом кое-что и нам. Мы достаём у них хлорвиниловые трубочки для катетеризации артерий, вен и перидурального пространства. Их мы сами приспосабливаем для этих целей. Чехи ж пользуются при этом готовыми наборами западного производства. У нас в связи с этим нет той эстетики, которая есть у них. Это мы недавно ощутили, когда нас посетила группа врачей и медсестёр из Градца Кралова. Они недоумевали, глядя на всю эту нашу рационализацию, а нам было неудобно показывать им всё это.
За последние три года мы трижды прибегали к помощи чешских лечебных учреждений. Направляли мы к ним на искусственную почку больного с почечной недостаточностью и в детскую реанимацию ребёнка с тяжёлой дыхательной недостаточностью. Оба этих больных у них умерли. О больной с повреждением общего желчного протока я уже писал. К нам за помощью чехи не обращались.
У нас в отделении произошёл трагикомический случай. После удаления желчного пузыря по поводу хронического калькулёзного холецистита к нам поступила жена полковника из штаба Группы войск. Сейчас таких больных лечат активно, поэтому уже на следующий день после операции медсёстры повели её под руки в туалет. На обратном пути она вдруг обмякла и потеряла сознание. У неё случился инсульт. Через пару часов она умерла. Об этом тут же позвонили её мужу, который вскоре прибыл к нам. Он навзрыд рыдал по своей жене, говорил, что в любви и согласии прожил с ней 30 лет и не переживёт её смерть. Прекратив рыдания, он вспомнил о том, что жена в госпиталь легла с золотыми украшениями. Он попросил возвратить их ему. При поступлении в наше отделение никаких украшений у неё не было. Терещенко, который лечил эту больную, мобилизовал весь личный состав на их поиск. Их усиленно искали и в реанимационной палате, и в хирургическом отделении. О случившемся сообщили ведущему хирургу, который её оперировал. Тот вдруг вспомнил, что все свои золотые украшения больная перед операцией отдала на сохранение ему, и что они в целости и сохранности находятся у него в сейфе. Недоразумение было исчерпано, все вздохнули с облегчением.
В связи с этим я должен отметить, что у нас сейчас по поводу камней желчного пузыря оперируется много женщин. Такая эпидемическая вспышка этого заболевания объясняется тем, что наши женщины узнали о наличии у чехов аппарата ультразвукового исследования (УЗИ), с помощью которого они обследуют своих пациентов на наличие у них различных заболеваний внутренних органов. У нас в Союзе такие исследования пока широко не проводятся. При обследовании наших женщин и было обнаружено свыше десяти носительниц камней желчного пузыря.
Наш ведущий хирург Марукевич очень активный врач. Он готов прооперировать половину личного состава нашей Группы. Нам иногда приходится уговаривать его не делать ту или иную операцию, но переубедить его очень трудно. Он самолично удалил желчный пузырь даже своей жене. Прооперировал он и жену Терещенко. Во время этих операций наркоз им давал я, что мной было расценено как проявление высшего доверия ко мне как к анестезиологу.
Обнаружили камни желчного пузыря и у моей Люды, но она категорически отказалась от операции. Я это расценил в том смысле, что она боится того, что при проведении этой операции я невзначай помогу ей умереть. Я думаю, что именно по этой причине она и сделала себе операцию в Бобруйске в моё отсутствие. Она, по-видимому, думает, что за её хамское отношение ко мне я могу пойти на это. Пусть такое её заблуждение останется на её совести.
Ведь придётся ей в будущем всё равно делать эту операцию, но только при обострении хронического калькулёзного холецистита, а это значительно опаснее, чем делать её в холодном периоде.
Во время этих операций у некоторых женщин был обнаружен только песок в желчном пузыре, а не камни. Их можно было и не оперировать. Не нужно забывать также о том, что после этих операций у части больных развивается постхолецистэктомический синдром, и их продолжают беспокоить боли в правом подреберье не меньшей интенсивности, чем до операции.
После двух несчастных случаев, связанных с этой операцией (повреждение общего желчного протока и смерть жены полковника), прооперировав не менее 15 больных, Марукевич, наконец, насытился и перестал оперировать этих больных всех подряд.
Свободное копирование
