ГЛАВА 3 1983 год
Наступил 1983 год. Для меня он будет в некотором смысле решающим. В этом году мне исполнится 50 лет, а это тот возрастной потолок, до которого подполковникам разрешено служить в армии. Если у меня будет всё в порядке на службе и в личной жизни, то мне разрешат прослужить здесь все пять лет. Я буду стараться изо всех сил, чтобы так и произошло, хотя в жизни иногда получается наоборот: чем больше стараешься, тем хуже получается. Такое может случиться в любой момент на моей экстремальной работе.
На днях ко мне пришла медсестра Валя из пульмонологического отделения и начала просить у меня прощения за своё неправильное поведение во время лечения в нашем отделении. В знак благодарности она принесла бутылку коньяка и коробку конфет. Я её, конечно, тут же простил, а коньяк в конце рабочего дня мы с медсёстрами распили.
Случилось же с ней следующее. В 1980 году её прооперировали по поводу заворота тонкого кишечника. Во время операции ей сделали разрез от грудины до лобка. В послеоперационном периоде у неё очень плохо заживала рана, со временем там образовался безобразный келоидный рубец. Вале 30 лет и она мечтает в будущем выйти замуж и завести семью. Но она вбила себе в голову, что этот безобразный рубец будет препятствием для этого. Длительное время она уговаривала наших хирургов удалить ей этот рубец, на что они не соглашались. У неё просто-напросто склонность организма к образованию келоидных рубцов. В конце концов она всё же уговорила ведущего хирурга Марукевича сделать ей операцию. С моим участием операция была произведена.
Через полторы недели Валя была переведена в наше отделение для интенсивного лечения. Послеоперационный рубец у неё развалился, и на его месте зияла огромная гнойная рана. Ей необходимо было внутривенно вводить кровь, белковые препараты, антибиотики и витамины, но вены на конечностях у неё были очень плохие, к тому ж после капельниц они у неё вышли из строя. На предложение поставить её подключичный катетер она отвечала категорическим отказом. Но речь в данном случае шла о её жизни. У неё не исключалось заражение крови, и она могла умереть. Тогда мы с ведущим хирургом решили поставить ей подключичный катетер во время перевязки под наркозом. Так мы и сделали. Проснувшись после перевязки и обнаружив у себя подключичный катетер, Валя устроила истерику. Она обвиняла меня в самоуправстве и обещала написать на меня жалобу.
После проведенного интенсивного лечения, многократных переливаний крови и её препаратов и компонентов Валя начала выздоравливать. Рана у неё очистилась от гноя, и на неё были наложены вторичные швы. В конце концов, Валя поправилась, однако на месте операции у неё образовался почти такой же рубец, как и до операции. До неё наконец-то дошло, в каком опасном положении она была, поэтому она сменила гнев на милость и пришла ко мне с извинениями. Врачам всё же следует доверять и не надо быть такими самоуверенными.
Свободное копирование
