23 сентября
Утром нам привезли долгожданный фильтр, и в 10 часов мы уже в пути с полком. В 12 часов с ходу форсируем реку Седа, под сравнительно легким обстрелом проскакиваем мызу Даксте, упорно идя на сближение с противником. Тот все продолжает отходить и не особенно-то стремится скрестить оружие, хотя до Рижского залива не так уж и далеко осталось.
Федька Сидоров в конце долгого, измотавшего всех, не говоря о водителях, двенадцатичасового марша (мы с Нилом хоть по очереди за рычаги дергали!) раздавил в темноте старшего лейтенанта, начальника разведки полка, но тот сам в этом виноват: забыв, что служит не в пехоте, потерял осторожность.
У нас в экипаже по-прежнему три человека: два водителя (мы с Нилом) да наводчик Митя Салов с забинтованной левой рукой.
В 23 часа останавливаемся, наконец, на ночевку, проплутав перед этим еще с полчаса понапрасну по коварным проселкам среди лесов и болот. Ночью здесь передвигаться нельзя.
Включаю свой плафон и, ожидая у рации очередной военной сводки, без паники изучаю знакомые Колины каракульки. Мой недавний командир награжден орденом Красной Звезды, земляк Ефим Егорыч получил ранение в голову и медаль «За отвагу», а их полку присвоено почетное наименование Львовский. Значит, они воюют на 1-м Украинском. Глаза мои сами собой слипаются, но, перебарывая дремоту, успеваю услышать приятную новость об освобождении Таллина и объявить о ней уснувшему экипажу. Затем выключаю рацию, соскальзываю с сиденья на разостланную по днищу шинель и мгновенно «замыкаюсь».
Свободное копирование
