18-22 апреля 1976 г. очередная научная командировка в Ригу. Поселены с Ниной в центральной гостинице «Рига» в шикарном номере (большинство участников, включая барнаульцев Валентина Аникеева, Андрея Тронова, размещено в Юрмале, пансионат «Лиелупе»). В последующие годы ночевал в сотнях гостиничных номеров в России и за рубежом, подобных не встречал.
Участие в 3-е Всесоюзном совещании по комплексам с переносом заряда и ион-радикальным солям (КОМИС-76), проводившемся в главном здании АН Латвийской ССР, явилось, без ложной скромности, апофеозом личной научной деятельности . Сделал два доклада на первом пленарном заседании, на прощальном банкете в Юрмале (две сотни присутствующих, несколько десятков профессоров) тамада мне первому предоставил слово. И это в присутствии Г.Л.Рыжовой, пытавшейся угробить диссертацию Нины, и Андрея Тронова, виновника моего ухода из Алтайского политехнического института («Жизнь первая. Аспирант»). Такое не забывается. Самое сильное впечатление: участники совещания, работающие в близких научных направлениях, меня знают и признают.
Одной из причин возросшего авторитета в научной сфере стала публикация крупной статьи (без соавторов) «Определение устойчивости слабых органических комплексов методами УФ-спектроскопии» в августовском номере 1974 г. обзорного журнала Академии Наук СССР «Успехи химии». Журнал просматривают все химики, занимающиеся научной работой, и не только химики, и не только в СССР. В двадцатистраничной статье не забыл указать свои ранее опубликованные в центральных журналах сообщения. Успех публикации превзошёл самые смелые ожидания.
Тема молекулярных комплексов (для не химиков поясню, что комплексы с переносом зарядов — одна из разновидностей молекулярных комплексов) в 70-х находилась на пике научного внимания в развитых странах. Сохранилось более полусотни открыток из Англии, Бельгии, США, Японии… с просьбой выслать оттиск статьи. Поясню, в журналах Академии Наук существовала традиция отправлять бесплатно после выхода журнала автору 25–50 оттисков статьи (советский вариант гонорара). Заинтересовались в тюменском КГБ, выясняли, что за открытки я получаю (1975-76 гг.!), предупредили не отправлять оттиски, дескать, это прерогатива государства. «Взял под козырёк», но большую часть просьб известных мне по научным публикациям зарубежных учёных удовлетворил.
Действительно, журнал «Успехи химии» продавался за рубежом в английском переводе и я, как автор, получил 96 рублей с копейками в чеках Внешторгбанка (мелочь, конечно, но Нина в «Берёзке» что-то приобрела). Сдерживание личных контактов с заграничными учёными — большая дурь, тем более, что я активно использовал переписку для получения оттисков интересующих меня зарубежных (и не только) авторов. Имел отдельные папки с работами крупнейших учёных в области молекулярных комплексов.
Свободное копирование
