Мы с Маринкой работаем сигнальщиками - 1

Позавчера бригадир Жужиков  вошел к нам в вагончик:
- Нужны два человека для работы на самолетах. Кто хочет?
В тот же момент он скрылся под кучей налетевших на него девчонок:
- Меня!! Дима, меня!
- Я хочу! Меня назначьте!!
Но громче всех кричала Маринка:
- Нас с Анькой! Нас возьмите! Мы овец героически стригли! Мы на скирдовке сена надрывались! Берите нас!!
Напор и решительность победили.
- Ладно, - сказал Дима. – Но предупреждаю: вставать надо в четыре утра.
- Да хоть в три! – гордые своей победой, согласились мы с Маринкой.
Я несколько раз просыпалась – боялась проспать. А когда окончательно проснулась, было уже восемь часов. Машина еще не пришла. Все разошлись на работу. В лагере остались только мы, и еще трое мальчишек, тоже назначенные на самолет. Мы играли в подкидного и ждали обеда.
Но когда наступил обед, и мы поднесли ко ртам первую ложку супа, раздался крик:
- Кто на самолет? Быстрее, машина пришла!
Не окончив обеда, мы забрались в кузов грузовика, устроились на бумажных мешках с дустом, и поехали за сорок километров на Центральную усадьбу.
Там на большом ровном поле грузовик остановился. На поле стояло два маленьких зеленых самолета ЯК-12 и ПО-2. Они прилетели из Петропавловска, чтобы опылять пшеницу.
- Давай попросим летчиков, чтобы они нас покатали, - сказала Маринка.
Мы подошли к тому самолету, что поближе. Из кабины высовывались ноги в стоптанных тапочках.
- Дядя, - решительно обратилась к ногам Маринка. – А вы нас покатаете?
Ноги одна за другой исчезли в кабине. Ответа не последовало.
- Вот хам, - в полголоса констатировала Маринка.
Мы решили подъехать с просьбой к другому летчику, который как раз подвел свой самолетик вплотную к первому. Летчик, молодой казах, был в темных очках, с темным галстуком на шелковой белой рубашке.
- Какой интеллигентный! – восхитилась Маринка. – Уж этот-то покатает!
Летчик вылез из кабины и спрыгнул на землю, оказавшись очень небольшого роста.
Маринка ссутулилась, согнула колени, чтобы оказаться с ним вровень, и начала канючить:
- Вы нас не прокатите? Прокатите нас, пожалуйста, мы еще никогда не летали, ну прокатите, ну я вас очень прошу!
На что летчик, с лица которого медленно сползала приветливая улыбка, сухо ответил:
- После работы подойдите, там поговорим.
И ушел.
- Ладно, - сказала ему в спину Маринка. – Ты, может, думаешь, что я к тебе после работы не подойду? Подойду! А не прокатишь, я тебе так насигналю, что ты надолго запомнишь!
Я забыла сказать, что нас на эту работу назначили сигнальщицами. Мы должны  стоять с флажками по краям поля и указывать самолетам, где надо опылять. Но оказалось, что сигнальщицы в этот день не нужны, и нам велели помогать нашим мальчишкам грузить в самолеты дуст.
Мешки были уже скинуты с грузовиков. При падении многие полопались, и ядовитый порошок частично просыпался на землю. Мальчишкам заранее выдали комбинезоны и противогазы. Нам ничего не выдали.
Когда мы с Маринкой были уже с ног до головы в дусте, и от наших фигур при каждом движении отделялось белое облачко, принесли противогазы, и мы стали учиться их натягивать. Когда научились, летчики сказали, что темнеет и опылять поздно.
Нас отвезли домой, предупредив, что завтра за нами заедут в четыре утра.

Разбудили опять в восемь. На улице было холодно и ветрено.
Завернувшись в одеяла, мы сели в грузовик и нас отвезли на аэродром. Там мы узнали, что погода нелетная, и нас отвезли  обратно.
После обеда - снова привезли на аэродром. Оба самолета были там, но не было летчиков: сегодня на Центральной банный день, и они пошли попариться. Спасаясь от холода, мы часа два играли с механиками в салочки.
Наконец, появились летчики. Мы уже знали, что казаха зовут Боря, а второго, в тапочках – Миша.
Сегодня Миша был не в тапочках, а в черных, начищенных туфлях и в комбинезоне. Он был очень симпатичный – мужественная улыбка и большие серые глаза. Рост, правда, тоже подгулял.
- Миша, - подойдя к нему, умоляюще сказала Маринка. – Неужели вы нас и сегодня не покатаете?
- Не положено, - сказал Миша, и прошел мимо.
- Значит, так, девчонки, - подошел к нам Петька, студент из Омска, который тут за старшего, -  сейчас шофер отвезет вас на третье поле. Вот вам флажки. Задача такая: вот третье поле, - он нарисовал на земле квадрат, -  Шофер знает, где. Аня станет по эту сторону, Марина – по ту. Как увидите самолет – машите флажками. Самолет пролетит – сразу отмеряйте тридцать шагов и ждите следующего залёта. Самолеты будут ориентироваться по вас.
Мы сели в кабину грузовика к пожилому рябоватому шоферу дяде Саше, и он повез нас куда-то через рытвины и колдобины. Шоферу хотелось поговорить, но язык у него ворочался с трудом, каждая фраза стоила ему значительных усилий. Зато уж если эта фраза была произнесена, то второй и третий раз она проходила легко как по маслу:
- Машина – не самолет, по кочкам не проедет! – часто повторял он.
Почему-то его несло именно по кочкам. Если дорога разветвлялась, дядя Саша притормаживал, словно в нерешительности, а потом сворачивал на ту, которая похуже.
Вскоре нам стало ясно, что дядя Саша не знает, где третье поле.
- Куды ж ехать-то? – говорил он, и было заметно, что мысли у него тоже проворачиваются с трудом. -  Машина не самолет, по кочкам не проедет. Где оно, третье-то поле? Это, что ли? Кто ж его знает? Или не это? А, ладно, тут и станем. Пускай на грузовик ориентируются. А то куды ж я поеду? Машина не самолет, по кочкам не проедет.
Самолеты летали один за другим. Мимо нас, на призрачное третье поле. Где-то там разворачивались, за ними протягивался длинный белый хвост медленно оседающего дуста и - мимо нас - летели обратно. А мы со своими флажками сидели в кабине и злились.
- Ищут вас, - ухмылялся шофер. – Ишь, по диагонали полетел. Пусть ищет, хи-хи! Надо было сначала вас расставить, а уж потом летать. Да уж и поздно опылять его, поле-то. Скоро жать надо. Да и куды ж я вас повезу? Машина не самолет, по кочкам не проедет!
Мы боялись возвращаться. Представляли себе ярость и ругань летчиков, вынужденных опылять без ориентиров. На всякий случай, решили держаться агрессивно. Что мы,  виноваты, что шофер попался такой тупой?
Машина подъехала к аэродрому. К нам подбежали Петька и два механика.
- Что это такое! – закричали мы с Маринкой хором. – Надо было сначала нас расставить, а потом уже опылять! Где оно, третье поле? Самолеты ваши по диагонали летают! Машина не самолет, по кочкам не проедет!
Нас не ругали. Смеялись.
Вскоре приземлились самолеты, и Миша, неотразимый в своем шлеме и комбинезоне с молниями, подошел к нам.
- Так значит, я по диагонали летаю, а?
- Нет… Это первый раз только… И второй…
- И третий, ха-ха-ха!