Отпуск на водах в Трускавце - 2

          Трускавец,  городишко маленький, тихий, наподобие большого села, но очень живописный  опрятный. Меня поразила архитектура жилых домов частного сектора. Видимо большое влияние оказала культура Запада. Ни одной «развалюхи» или небрежно «сляпанной» хаты. Весь город можно считать этнографическим музеем на открытом воздухе. Деревянные постройки все украшены деревянной резьбой, а кирпичные, оштукатурены, углы домов и межоконные проёмы, все в цветной росписи. На Руси тоже есть красивые дома в подобных городах, но они явления единичные. Как большинство подобных городов, у него тоже нет «пригорода». Кончается улица, кончается город, и сразу начинается дикая природа.

           Добросовестно проходя курс лечения нафтусей, я, как всегда, в подобных обстоятельствах, занимался изучением окрестностей города и его быта.

           Мой «особняк» располагался на плато небольшого холма, с которого я мог спускаться, в одну сторону, к основной зоне санатория, а в другую сторону, в низину с живописным водохранилищем питьевой воды и сенокосными полями вокруг него. Через эту лощину шла дорога в сторону Карпат, которая в самой своей нижней точке плавно переходила в 150-ти метровый «тягун» с подъёмом на высоту до 150-200 метров. Здесь, пройдя мимо очень живописного пивного бара, и пройдя метров 100 лесом, в лево уходила огромная луговина, а в право, предгорный лес Карпат. Меня поразили карпатские ели, очень высокие и с очень светлыми стволами, почти белыми. Там же недалеко от пивного бара, в лесу, я, впервые увидел чёрно-бурую белку. Наткнулся я на неё совершенно случайно, а когда увидел, то замер, а она минут 10-15, в 2-х метрах от меня, занималась своими делами. Санаторий устраивал различные экскурсии, в двух из них я побывал. Первая была в горы, в настоящие Карпаты. Ехали мы туда на автобусе, по довольно крутым и извилистым дорогам и, как нам сказали, забрались на высоту около полутора километров. С левой стороны дороги постоянно шёл крутой обрыв, и когда мы забрались на место стоянки автобуса, то деревни,  расположенные внизу, смотрелись как с борта самолёта. Затем началась пешеходная часть экскурсии, по бездорожью, партизанскими тропами. В лесу преобладали бук и граб. Особенно впечатляли буковые великаны с ровными, гладкими и светлыми стволами. А кругом огромные валуны. Показали нам и партизанские пещеры, тоже зрелище впечатляющее. Когда мы только начали подъём в горы, я обратил внимание на сёла мимо которых мы проезжали. Во-первых, они были построены с хорошо продуманной планировкой, а во-вторых, все дома были одного «фасона», 2-х этажные,  все из красного кирпича, и  под шиферной кровлей. И всё это утопало в садах. Я спросил у экскурсовода:

                - Почему все дома одинаковые, и не одного из дерева, хотя древесины здесь вдоволь и рядом.

                - В Прикарпатье, да и в Закарпатье, так принято, дома строят большие, на 200 кв. метров, из-за больших семей, а кирпичные, наверное, на западный манер. Здесь в каждом колхозе свой кирпичный завод. Живут не бедно, колхозы богатые. Я сразу вспомнил про своё Мухино, Базулино, Антипино, серые бревенчатые избы, крытые полугнилой соломой. Правда, ни в Левобережной Украине, ни в Белоруссии, я такой деревенской роскоши не видел. На обратной дороге, когда мы остановились, вроде бы на привал, нам показали историческое место, многовековой дуб, по которым, по легенде, якобы, останавливался на отдых и трапезу Император Австро-Венгрии Франц Иосиф.

           Побывал я и ещё в одной экскурсии. Возили нас во Львов. Но это мероприятие оказалось весьма утомительным, одной дороги 6 часов в оба конца. Времени на осмотры оставалось очень мало. А я ещё откололся от группы, решив посмотреть побольше и побыстрей, но заблудился, попал на какую-то «мёртвую «улицу, которой, я думал, не будет конца. Народ крайне не приветливый. Впечатления самые не определённые. Единственная мысль, которая меня волновала, это чтобы не отстать от группы. Вот всё, что я успел запечатлеть во Львове.

           Предлагалась ещё одна экскурсия. В соляные шахты старой выработки, оборудованные специально для экскурсионных посещений, и для длительного пребывания с целью лечения каких-то лёгочных болезней. Но я решил, что с меня достаточно, тем более срок мой заканчивался, слава Богу. Я в санатории больше 2-х недель не выношу. Отправляемся в Москву, на нукусскую «катаргу».