По приезде в Харьков время остановилось. Ожидая отправки в Сибирь, я провел там не меньше трех недель. Закончился памятный для меня период пребывания в тюрьме и лагерях на Украине. Полагаю, что пора подвести ему краткий итог. На мой взгляд, те исправительно-трудовые лагеря, в которых мне пришлось побывать на Украине, для уголовных преступников - совсем не тяжелый вид заключения. Для молодежи, да и людей среднего возраста, какое самое тяжелое лишение в лагере, в заключении? Думаю, не ошибусь, что это разобщение полов. Долгое время два лагеря, в которых я побывал, были смешанными, и люди, не слишком прихотливые, этой свободой долгое время пользовались: и мужчины, и женщины.
Лагерный паек в те годы, особенно для заключенных четвертой категории, был, безусловно, недостаточным. Особенно тяжело сказывался недостаток полноценных жиров, и в лагерях нередки были смертельные случаи от алиментарной дистрофии. Однако, как мне сказал один из сержантов, контролировавших передачи, которые допускались охотно и широко, "только 15 % заключенных, вот как вы, ничего не получали с воли. Остальные питаются неплохо, а некоторые и совсем хорошо. Посмотрите на наших баб. Разве они похожи на голодающих?"
По советским понятиям дисциплина была строгая, но мне, имевшему хотя и недолгий опыт немецкой тюрьмы, она казалась даже мягкой. Вспоминаю случай, который имел, правда, место не в здешних лагерях, а еще за границей в первые дни после моего ареста. Сержант вошел в большую общую камеру и возмущенно вопросил:
- Кто послал начальника на ...? (Он прибавил похабное слово).
Я похолодел от страха: начнется массовое избиение всех и каждого, а когда найдут виновного, его, несомненно, расстреляют. Ничего подобного не случилось. Так и остался ненайденным тот, кто посмел послать начальника на ... . С так называемыми блатными охрана совладать не могла ввиду строгого запрещения применять оружие. Те заключенные, которые твердо решили не работать, так и отбывали срок, сидя в своих камерах, и при каждом удобном случае безнаказанно оскорбляли охрану. Всякий раз, когда это случалось, я вспоминал немецкую тюрьму и думал, что там это было бы просто покушением на самоубийство. Не было в известных мне лагерях и следа того обдуманно-оскорбительного отношения к заключенным, которое практиковали немцы. Повторяю еще раз: что видел и пережил, то и рассказываю.
Свободное копирование
