13-го, поутру, его высочество случайно узнал, что в ночь приехал император, о чем должен был бы уведомить камергер Нарышкин, небрежность которого поэтому немало рассердила его. Герцог не замедлил отправиться к его величеству, чтобы поздравить его с приездом. Когда он приехал туда с тайными советниками Бассевичем и Геспеном и некоторыми другими, Нарышкин очень смутился, однако ж провел их в приемную государя и доложил об них. Император тотчас вышел, принял его высочество весьма милостиво и много разговаривал с ним о своем лечении и о чудесном действии олонецкого источника на всякого рода больных. Его высочество нашел его очень бодрым и здоровым, но в таком костюме, какого нельзя было ожидать у особы его сана: государь только что встал, еще не одевался и поэтому был в плохом старом халате из простой китайской нанки. Это первое свидание их продолжалось недолго. Его высочество, поговорив с государем и осведомясь о здоровье и времени возвращения императрицы, откланялся и поехал домой, где обедал с приехавшим к нему бароном Лефортом. Хотя герцог положил себе на этой неделе не ездить более на балы, так как пост приближался уже к концу и он намеревался на будущей неделе, с Божиею помощью, приобщиться Св. Тайн, однако ж счел необходимым вечером отправиться на ассамблею, если там будет его величество император. Послав узнать о том и получив известие, что государь около вечера посетит ее, он поэтому часов в 8 также поехал туда и нашел уже там его величество, который тотчас посадил его возле себя и с той минуты только с ним и говорил; вообще он был необыкновенно ласков и казался в отличном расположении духа. По отъезде его и герцог скоро отправился домой. Ассамблея была у обер-герольдмейстера Колычева.
Свободное копирование
